ГлавнаяНовости№26. Ольга Лаврова «Имя - это судьба.»
Опубликовано 01.09.2016, новости
автор: godliteratury.ru
Показов: 65

№26. Ольга Лаврова «Имя - это судьба.»

Конкурс короткого рассказа «Дама с собачкой». Читательское голосование. Шорт-лист

Курортный Роман. Сто семь человек в известной социальной сети с таким, ммммм, скажем, неординарным именем. Постоять бы рядом с родителями этих людей в исторический момент озарения Идеей. Потирали ли они руки от радости, восхищаясь собственным остроумием, или за что-то наперед мстили младенцу? Сто семь тайн без ответа. Один наш знакомый Роман был сначала ужасно недоволен своим именем и даже хотел поменять его по наступлении совершеннолетия, но потом привык, передумал, а потом и даже увидел в этом некое предназначение или, как бы мы сказали, перст судьбы. Рома таких громких слов не употреблял, а нам можно.

Однажды к его берегу в соцсети прибило цитату из великих — «Имя — это судьба.» «Да, — подумал Рома, — для чего я буду противиться судьбе?» Взял отпуск и уехал на море в Ялту. Город не обманул его ожиданий — море, соленый ветер в лицо, загорелые женщины, все было на месте. По вечерам Роман одевался в лучшее, выходил на променад и ждал случая. Через неделю Ромино «лучшее» уже примелькалось на вечернем бульваре, но он не сдавался, перешел на недорогое местное пиво и все еще ждал случая. И случай наконец представился — кальмары, (пожалуй, все-таки это были кальмары) уложили его на жесткую солдатскую койку и познакомили с доктором Мариной из городской инфекционной больницы. Докторица оказалась женщиной видной, богатой телом и раза в полтора старше Романа. При взгляде на нее в голове у Ромы откуда-то из недр памяти всплывало слово «гренадер». Марина окружила его материнской заботой и вниманием, и Рома скоро позабыл, что он, вообще-то, хотел быть хищником и сводить сотни женщин с ума. Марина старалась не на шутку — пекла глазированные шоколадные торты в форме сердца, больше похожие на коровьи лепешки, и красила губы ярко-красным в надежде на поцелуй. Все, о чем она теперь мечтала, был ребеночек, похожий на Рому. Но ребеночка у нее быть не могло, она это знала, и это составляло ее страшную тайну и страшную же печаль. Вскоре, как-то незаметно для себя, Рома оказался женатым и вполне довольным человеком. А чем, скажите, быть недовольным? Квартира, пусть и жены, но в Ялте, хорошая работа по специальности, жена — доктор. И только раз в год с началом лета и нового курортного сезона Рома нервно, как породистая лошадь, начинал нюхать воздух, и в этом воздухе было обещание чего-то, чего не случилось. И глупая фраза «Имя — это судьба» снова всплывала в голове.

Беда пришла в середине одного июля. Вышла из белой пенистой волны в белом же купальнике. Звали беду нежно — Катя, Катюша. Она почему-то не захотела пройти мимо неожиданным и приятным летним воспоминанием, а захотела остаться в Роминой жизни и что-то там значить. И, удивительно, Рома тоже вдруг захотел, чтобы эта девочка с доверчивыми голубыми глазами и аккуратным носиком осталась в его жизни и что-то значила. О своей небольшой беременности к моменту их знакомства, возможно из деликатности, Катюша умолчала. Роман воспарил в места, доступные только настоящим влюбленным, не выпускал Катюшу из рук и строил планы на будущее. Его жены там больше не было, а была Катюша и их свадьба, и дети, и прочие семейные радости вплоть до похорон в один день. Катя ласково улыбалась и не возражала. Жена тоже не возражала как будто, но улыбалась растеряно и глупо, все не веря, что это с ней происходит. Только часто моргала, стараясь сморгнуть наваждение и зажить с мужем как прежде. Некоторые подозрения закрались у нее на вокзале, когда Рома, обняв ее в последний раз, сел в поезд и помахал на прощание рукой из окна, напоследок настойчиво, как кукушка, повторяя слово «развод». Значение этого слова Марина упорно не хотела понимать, но на всякий случай согласно кивала головой, стараясь не нарушать привычной семейной гармонии. Придя домой с вокзала, она села на кровать и наконец заплакала. Слезы стекали по ее полным щекам в ложбинку между грудей, образуя там уютное озерцо. Посидев так немного, она приняла единственно верное из всех возможных решений — лечь спать и верить, что завтра, возможно, все переменится.

Дальше события развивались стремительно и неверно. Два следующих года вместили в себя многое: скромную Ромину свадьбу, немного семейной идилии, рождение дочки, снова немного семейной идилии, потерю Катей интереса к ребенку, Роме и прочим семейным радостям, Катины измены с прежним, бросившим ее беременную, возлюбленным и последующее их исчезновение в неизвестном направлении. Такие бурные и частные смены декораций вконец расстроили Романа. Ночами он малодушно плакал и хотел к маме. Дочка тоже плакала ночами и хотела к маме. Жалость к дочери и к себе, какой Рома никогда не знал, заполняла его сердце. Помыкавшись с ребенком один, Рома решил ехать. Куда ехать он долго не думал — на свете было только одно место, где, он точно это знал, его ждут и будут рады.

Бывшая жена встречала их на вокзале. Немного растеряная, счастливая, но торжествующая. Она знала (знала!), что так будет, что ее Рома вернется к ней. То, что он возвращался не один, делала эту радость еще слаще. Ребенок! У них наконец есть ребенок! Ах, как она будет любить эту девочку! Слезы опять бежали по щекам в ложбинку между грудей. Уютное озерцо переливалось радугой на солнце.

Так закончилась (или только началась) история одного Курортного Романа.

кнопка-проголосовать

Читайте также

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: