ГлавнаяНовостиВ Чудове состоится бенефис картины Карла Брюллова
Опубликовано 07.07.2016, новости
автор: ОК-журнал
Показов: 252

В Чудове состоится бенефис картины Карла Брюллова

8 июля в Доме-музее Н.А. Некрасова, Чудовском филиале Новгородского музея-заповедника откроется выставка «Своим пенатам возвращенный...» из цикла «Бенефис одной картины».

В центре ее внимания история жизни новгородского дворянина А.Н. Струговщикова, признанного лучшим в России переводчиком И.-В. Гете и запечатленного на полотне К.П. Брюлловым (1799 – 1852). «Бенефис одной картины». На выставке представлена картина К. Брюллова «Портрет писателя и переводчика А.Н. Струговщикова» (1840) из фондов Новгородского музея-заповедника. Это произведение происходит из собрания картин семьи Струговщиковых, проживавших до революции в Чудове. Картину и сопроводительный документальный фильм можно увидеть по 31 августа.

Искусствовед Ирина Васильева, куратор выставки, рассказывает. Строки из воспоминаний Н.Г. Порфиридова, директора новгородского Губернского музея, почти зримо переносят нас почти на сто лет назад, в переломные послереволюционные годы: «…Поздней осенью 1918 года в Отдел народного образования поступило сообщение из Чудова о том, что в доме, занятом под сельсовет, находится много картин… В сообщении содержалась драгоценная подробность – указание на то, что сельсовет помещался в бывшем доме Струговщикова. В Чудове доживал свой век и скончался Н.А. Струговщиков, сын известного поэта и переводчика пушкинской поры Александра Николаевича Струговщикова… В этой семье могли находиться произведения музейной ценности. Для проверки сообщения автор воспоминаний был безотлагательно командирован в Чудово. Поезд, не придерживавшийся в те годы точного расписания, приехал в Чудово поздно вечером, когда рабочий день уже закончился, и в сельсовете никого не было. Однако удалось разыскать его председателя, и он повел нас в дом Струговщикова, находившийся невдалеке от вокзала. С фонарем проходим одну за другой темные холодные комнаты. И вдруг в одной из них, в самой дальней, мы, переступив порог, застываем от изумления. В тусклом свете пред нашими глазами открылось необыкновенное, ошеломляющее зрелище. Вся комната была заполнена штабелями стоявших на полу картин различных размеров, в массивных золоченых рамах. Темные, запыленные холсты. Античные, библейские и жанровые сцены, пейзажи, портреты. На прикрепленных к рамам медных этикетках потрясающие имена – Рубенс, Рембрандт, Брейгель, Мурильо, Пуссен, Шарден… Впечатление было такое, что мы попали в какой-то забытый запасник Эрмитажа. Опомнившись и несколько присмотревшись, мы сообразили, что многие из громких имен, значащихся на этикетках, сомнительны. Но разбирать открывшиеся сокровища в темной и холодной кладовой, принимать решения наскоро, при отсутствии достаточного опыта и знаний в искусстве разных стран и времен, было рискованно. Решено было все картины перевезти в Новгород. Тем более что чудовчане требовали скорее освободить от них помещение. Характерная для того времени простота сношений с ведомствами и учреждениями помогла быстро осуществить операцию, договориться с начальником станции Чудово о получении особого вагона. Утром он уже был подан на ближайший путь, без задержки загружен, и к вечеру того же дня мы прибыли с картинами в Новгород. Большая коллекция, импонирующая видом картин и громкими именами, произвела сенсацию в Отделе народного образования и среди художников города и на несколько лет стала объектом исследований и экспертиз. Большинство громких атрибуций струговщиковских картин, как и следовало ожидать, оказалось мифическими. Однако нашлись и вещи музейного значения, причем большей частью среди наиболее скромных картин, не оглушавших именами или просто не имевших их обозначения. Из работ русских мастеров нашлось несколько хороших портретов: превосходный портрет молодого человека работы Ивана Аргунова, портрет дамы, признанный всеми лучшими знатоками и экспертами за работу Рокотова, два портрета, по-видимому, семейные Струговщиковых, возможно, кисти К.П. Брюллова».

В музейной документации эта история получила лишь краткую запись в графе «История происхождения (бытования) предмета»: «Портрет поступил из бывшего собрания Струговщиковых, ст. Чудово». Спустя несколько лет, когда в декабре 1925 г. в Новгороде в бывшем Губернаторском доме был открыт Музей древнего и нового русского искусства, многие картины из семейной коллекции дворян Струговщиковых прочно заняли свое место в экспозиционных залах и поныне остаются одними из центральных произведений музейного собрания живописи. Сами же родовые гнезда время не пощадило и сегодня только приблизительно можно указать место в Чудово, где стояли дома Струговщиковых и происходили описываемые Порфиридовым события. Что же сегодня мы можем рассказать о семействе Струговщиковых и самом ярком его представителе Александре Николаевиче Струговщикове (1818-1878)? Немало: сохранились сведения о его деде Степане Борисовиче Струговщикове, бывшем в царствование Екатерины II учредителем приказов общественного призрения и директором народных училищ Петербургской губернии, основавшем в Петербурге Петропавловское училище «с специальною целию - иноземного языкознания» и тем самым положившем в своем роду начало целой династии лингвистов-переводчиков – четыре его сына были известными переводчиками с нескольких европейских языков. Сам же Александр Николаевич Струговщиков, по мнению литературоведов, как переводчик Гете фигура значительная и симптоматичная в истории русского перевода. В.Г. Белинский писал о нем: «…кто так, как он, умеет понимать Гете, тот тысячу раз человек, и где еще есть такие люди, там можно жить… его элегии - я обязан им такими минутами, каких немного бывает в жизни. В этих прекрасных гекзаметрах душа моя купалась, как в волнах океана жизни". С Гете Струговщиков познакомился в Веймаре еще восемнадцатилетним юношей. Нередко встречался за карточным столом с А.С. Пушкиным, а после гибели поэта был одним из тех, кто запечатлел для потомков его облик на смертном одре. Вместе с М.Ю. Лермонтовым переводил стихотворение Гете «Ночная песня странника». Учился и дружил с М.И. Глинкой, о котором оставил интереснейшие воспоминания. Переводами Струговщикова интересовались А.И. Герцен и Н.П. Огарев. Когда Н.А. Некрасов и И.И. Панаев приняли на себя издание «Современника», Струговщиков был упомянут в перечне сотрудников журнала на 1847 г. А в мае 1855 г. он присутствовал на защите диссертации Н.Г. Чернышевского «Эстетические отношения искусства к действительности» в числе знакомых диссертанта. И показательно, что в 1878 г. известный критик, историк искусства и архивист В. В. Стасов обратился к Струговщикову за справками как к человеку, который «в 1830-х и 1840-х годах <...> был близко знаком со всеми тогдашними нашими поэтами и литераторами». Добрые дружеские отношения на протяжении ряда лет связывали А.Н. Струговщикова с К.П. Брюлловым. Отличился А.Н. Струговщиков и на служебном поприще. В 1828 г. он поступил на государственную службу: сперва в Канцелярию министра народного просвещения, затем в Департамент внешней торговли Министерства финансов, а в 1836 г. перешел в Военное министерство, где служил в Провиантском департаменте. В 1853 г. ему был присвоен чин действительного статского советника, а в 1868 г. - тайного советника. В 1845 г. А.Н. Струговщиков за личные заслуги был удостоен вместе с супругой и детьми потомственного дворянства. Деятельность его сыновей на научном и лингвистическом поприще также отмечена успехами. В Чудово долгое время жили сыновья А.Н. Струговщикова – Михаил и Николай Александровичи. М.А. Струговщиков (1844-1911) – ученый, лингвист-переводчик. В 1865 г. им был выполнен перевод на русский язык книги по органический химии известного немецкого химика Ф.А. Кекуле и в подготовленном предисловии к изданию выражена благодарность Д.И. Менделееву, просмотревшему рукопись перевода. Он также являлся автором книг по кристаллографии и естествознанию, а в 1906 г. выпустил астрономический календарь. В 1903 г., живя в Чудово, Михаил Струговщиков сделал перевод трагедии Гете «Фауст» в прозе в виде пьесы в пяти частях. Входил в попечительский совет частной школы, расположенной в одном из домов Струговщиковых. Н.А. Струговщиков (1839-1918) являлся последним владельцем семейной картинной галереи.

Настоящей выставкой из цикла «Бенефис одной картины» созданный без малого 180 лет назад гениальным Карлом Брюлловым «Портрет писателя и переводчика Александра Николаевича Струговщикова» предстает перед современными зрителями «СВОИМ ПЕНАТАМ ВОЗВРАЩЕННЫЙ…».

Источник: novgorodmuseum.ru

Читайте также

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: