ГлавнаяСтатьиТри миниатюры для размышлений (рассказы)
Читальный зал:
Пламя свечи дрогнуло и погасло
Опубликовано 5.12.2017 в 14:15, статья, раздел Искусство, рубрика Читальный зал
автор: Андрей Буторин
Показов: 412

Три миниатюры для размышлений (рассказы)

Палыч, да не тот

— Слыхал, Палыч помер? — бросился к Петру друг Степа, размахивая руками, будто Икар на взлете.
— Слыхал. Царствие небесное...
— Да какое царствие!.. Он вчера пузырь где-то заныкал!
Петр мигом забыл о скорби и схватил кореша за лацканы пиджака:
— Откуда знаешь, едрить тя?алкаши
— Так он сам хвастался, — задергался, словно червяк на крючке, тщедушный, лысоватый Степа. — Стырил, грит, у Зинки стольник, отоварился, ну и...
— А чего ж прятать-то? Вчера бы и выпили.
— Да его Зинка куда-то припахала. Грит, если не пойду — убьет.
— Так и так помер! — сплюнул Петр и поставил друга на место. — Небось, Зинка и запахала до смерти.
— А нам что делать?
— Что теперь сделаешь? С того света не спросишь.
— Грят, можно... это... ну, духа вызвать... — поежился Степа. — Стол повращать...
— Ну, пошли вращать, — вновь сплюнул Петр. — Едрить тя!

Стол решили вращать дома у Степы. Темнело. В окно заглянула луна.
Друзья зажгли свечку и сели за маленький журнальный столик.
— А как звали-то Палыча? — спросил Петр.
— Да кто его знает. Палыч и Палыч.
— И как же мы его позовем без имени, без фамилии?
— А чего? Там анкеты не требуют. — Степа положил руки на столик и прошептал в пустоту: — Эй, Палыч, явись, типа...Николае Григореску Два пьяницы
— Палыч! — подхватил Петр и тоже взялся за столик. — Явись, едрить тя!..
Но внезапно его охватил страх, и Петр отдернул руки.
— Ты чего? — двинул к нему столик Степа. — Бери!
— Я... — начал Петр, но глянул на кореша и осекся. Степа вдруг стал напыщенно важным, провел рукой по лысине и заговорил с явным грузинским акцентом:
— Акултызмом нэ прыстало заныматся савэтскым лудям. За эта паложын срок. Впрочэм, ви давно нэ савэтский, а патаму вас нада проста расстрэлят.
— Степ, ты чего?.. — залепетал Петр. — Где Палыч? Он был?..
— Палыч здэс, — услышал он в ответ. — Палыч биль, ест, и тэпэр будэт всэгда.
Тот, кто это сказал, резко отодвинул столик и встал. Пламя свечи дрогнуло и погасло. Петр съежился. Он затравленно глянул на бывшего Степу, и ему показалось, что в лунном свете блеснули стекла пенсне.



Срезал

«Кризис среднего возраста» вылился у Юрия в приступ ностальгии. Внезапно ему захотелось поехать в родную деревню, где он не был лет двадцать. Там давно никто не жил, вряд ли уцелел и дом, но прихоть — страшная сила, и он ей поддался.
Самолетом — до областного центра, автобусом — до районного, а вот дальше... Дальше петляла по лесам и лугам разбитая грунтовка, на которой и в прежние годы можно было прождать попутку не один час. Теперь в ту сторону, похоже, вообще никто не ездил. И Юрий решился идти пешком. Сил и здоровья ему хватало, светило солнышко, пели птички, а сердце само готово было упорхнуть к родному очагу.
Юрий решил схитрить. В одном месте дорога делала крюк — шла вдоль реки до моста, а потом возвращалась по другому берегу. Он прикинул, что если срежет путь, то выиграет километров пять.леший
Река сильно обмелела, и ему легко удалось перебрести ее. К дороге нужно было пройти по лесу совсем немного. Однако найти ее Юрию было не суждено, он заблудился. Внезапно набежали тучи, подул сильный ветер. Зашумели кроны берез, заскрипели сосны. В лицо Юрию бросило пригоршню старой хвои. Он протер глаза, но правому все равно что-то мешало. Юрий раздраженно стал тереть его, пока не вскрикнул от острой боли. Впрочем, отняв от лица руку, он тут же забыл и о боли, и обо всем остальном — за деревьями справа что-то мелькнуло. Юрий устремил туда слезящийся взгляд, но никого не увидел. Зато теперь неясная тень мелькнула гораздо правее того места. Юрий похолодел. Так быстро никто бегать не мог — ни волк, ни заяц. А загадочное нечто пронеслось между тем снова. И опять с правой стороны.
«Обходит!» — понял Юрий и сорвался с места. Он бежал, словно раненный зверь, не разбирая дороги. Падал, вскакивал и снова мчался вперед. А справа от него неутомимой тенью летел его преследователь.
Обезумевшего Юрия подобрали через неделю охотники. Сначала они приняли его за нежить из-за кровавого правого глаза. Но скоро поняли, что причиной красноты была сосновая игла, застрявшая под нижним веком.



Уж замуж невтерпеж

Потягивая через розовую соломинку коктейль, Вера глядела на сидящих в баре мужчин.
Коктейль был крепким и выглядел очень красиво. Сначала бармен налил в стакан молоко, затем по лезвию ножа добавил туда спирта. Молоко тотчас свернулось, и брошенная в стакан маслина опустилась сквозь прозрачный слой алкоголя до синеватой взвеси сыворотки над белым желеобразным сгустком, где и зависла. Стало казаться, что стакан заключил в себя огромный, внимательный глаз. В завершение бармен кинул туда веточку укропа. На взгляд Веры, это испортило вид напитка. Она извлекла из стакана укроп и быстро его съела.
Мужчины, по ее мнению, были здесь куда менее крепкими и красивыми, нежели коктейль. Почти всех она видела раньше и была вынуждена признать, что ни один из них не годился на роль ее мужа. А замуж очень хотелось. Да и пора бы, двадцать пять лет — уже почти старость.девушка в баре
Вера втянула в себя жгучую струйку, закурила и в очередной раз обвела взглядом мужчин. Нет, достойных кандидатов среди них не было. Взять хотя бы то, что все они ошиваются в баре. Зачем ей муж-пьяница? Да и красавцы — те еще! Кто с лысиной, кто с брюшком, а кто с полным комплектом плюс ростом чуть выше стола.
Вот разве что Игорь... Вера прищурилась на рослого парня лет тридцати, только что вошедшего в дверь на пару с лощеным боровом. Она знала, что Игорь работает в банке начальником отдела; почти не пьет, посещая бар, лишь чтобы задобрить нужного клиента. К тому же, он был очень красив. И все бы хорошо, если бы не одно «но» — Игорь сильно хромал. Вера узнала, что раньше он играл в футбол, пока не получил серьезную травму. Уже то, что он занимался такими глупостями, принижало его в Вериных глазах. Да еще инвалид... Нет, этот вариант ей тоже не подходил.
Тяжело вздохнув, Вера отбросила соломинку и одним глотком осушила стакан. Потом взяла прислоненные к стойке костыли, грузно сползла со стула и заскрипела протезами к выходу.
Ноги она потеряла два года назад, когда, занимаясь паркуром, сорвалась с крыши дома.

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: