ГлавнаяСтатьиБалакирев и Балакиревский кружок. Часть 2
Опубликовано 16.02.2017 в 10:00, статья, раздел Звук, рубрика Рассказы о музыке и музыкантах
автор: Наталья Серова
Показов: 465

Балакирев и Балакиревский кружок. Часть 2

Начало рассказа читайте ЗДЕСЬ.

Балакиревцы были продолжателями дела Глинки в области развития национального русского искусства. Это было созвучно духу того времени, когда после отмены крепостного права в 1861 году внимание к жизни простого народа, его быту, традициям, фольклору становится объектом творчества многих писателей и поэтов, художников и музыкантов.

Организуется «Товарищество передвижных выставок», целью которого было знакомство жителей разных городов России с творчеством живописцев, реалистически отражающих окружающую жизнь. Так, Балакирев месте с поэтом Николаем Фёдоровичем Щербиной в 1860 году отправился на пароходе в фольклорную экспедицию по волжским городам, в которой поэт записывал слова народных песен, а Балакирев — музыку. Итогом путешествия стало создание увертюры на темы трёх из записанных песен, которая первоначально называлась «1000», а позднее, в 1887 году, после небольшой переработки, получила название «Русь». В новой редакции автор увертюры предпослал ей программу, сообщив в ней о том, что музыка рисует три периода русской истории, представляющих собою «язычество, московский уклад и удельно-вечевой элемент, переродившийся в казачество». Поводом к сочинению стало открытие в Новгороде в 1862 году памятника «Тысячелетие России», однако, замысел произведения возник раньше под влиянием статьи Герцена «Исполин просыпается», напечатанной в журнале «Колокол».

? Симфоническая поэма «Русь». Дирижёр — Е. Светланов

Позже, в 1866 году Балакиревым будет издан сборник «40 русских народных песен», содержащий весь материал, собранный на Волге. Исследования народных песен продолжаются на Кавказе, куда композитор выезжал трижды — в 1862, 1863 и 1868 годах. Под впечатлением этих путешествий в 1869 году он написал «Восточную фантазию «Исламей» для фортепиано, которую посвятил Николаю Григорьевичу Рубинштейну (фото справа) — основателю в 1866 году Московской консерватории и прекрасному пианисту, который и стал первым исполнителем этого сложнейшего произведения. Напомню — А.Н. Скрябин (см. статью), разучивая «Исламея» переиграл правую руку и долго её лечил и восстанавливал. Исламей — это название кабардинской народной пляски, напоминающей лезгинку. Эта тема стала осовной фантазии. Вторая её тема — лирическая — является одной из мелодий крымских татар.

? Восточная фантазия «Исламей». Исп. В. Горовиц

В 1862 году Балакирев вместе с бывшим крепостным графа Дмитрия Николаевича Шереметева и дирижёром его хоровой капеллы Гавриилом Якимовичем Ломакиным (портрет справа)

организовал в Петербурге «Бесплатную музыкальную школу», в которую мог поступить каждый. Она финансировалась с помощью взносов и пожертвований и скоро стала очагом массового музыкального образования, а также центром пропаганды русской музыки и народности в искусстве. Успех этого начинания был ошеломляющий! Граф Шереметев, глядя в окно на приходящих в классы, которые располагались в его доме, говорил: «Точно в церковь валят». Уже на первых порах школу посещало по воскресеньям до 200 человек разного возраста и сословной принадлежности. После создания в Петербурге в 1862 году Антоном Григорьевичем Рубинштейном (братом Николая Рубинштейна, портрет слева) первой консерватории на основе музыкальных классов, организованных Великой княгиней Еленой Павловной в 1958 году в её доме и на её средства, а также, «Русского музыкального общества» (РМО), которое тоже курировала княгиня, Балакирев и его школа подвергаются критике в печати.

На 1860-е годы приходится разгар борьбы двух направлений — академического (консерваторского) и демократического — балакиревского, поддерживаемого его кружковцами. Так, если для балакиревцев творчество Глинки было образцом, то А.Г. Рубинштейн терпеть не мог произведения основателя русской классической музыки, особенно, его оперы.

«Портрет Великой княгини Елены Павловны с дочерью» - картина К.П. Брюллова

Бесплатная музыкальная школа давала большое количество концертов, где дирижировал хором Ломакин, а симфоническим оркестром Балакирев, в которых принимали участие и ученики школы и члены балакиревского кружка, чьи произведения часто исполнялись.

В 1866 году Балакирев был приглашен в Прагу, ставить оперы Михаила Глинки «Жизнь за царя» и «Руслан и Людмила», которые были исполнены под управлением Балакирева и имели огромный успех, в особенности «Руслан и Людмила». В Чехии его прозвали «любезным русским капельником», «петроградским умельцем» и в память пребывания в Праге, вручили лавровый венок, портрет Глинки, и дирижёрскую палочку. Под впечатлением от поездки в Прагу Балакирев создал в 1867 году симфоническую увертюру «В Чехии», основанную на мелодиях чешских (моравских) народных песен.

? Симфоническая увертюра «В Чехии». Дирижёр — Е. Светланов

12 мая 1867 года в здании Петербургской Думы состоялся концерт под управлением Балакирева, в котором звучали произведения кружковцев, включая и увертюру «В Чехии», и который был дан в честь представителей славянских стран на Всероссийской этнографической выставке. Свою статью о концерте В.В. Стасов заканчивает словами: «Кончим наши заметки желанием: дай Бог, чтоб наши славянские гости никогда не забыли сегодняшнего концерта, дай Бог, чтоб они навсегда сохранили воспоминание о том, сколько поэзии, чувства, таланта и умения есть у маленькой, но уже могучей кучки русских композиторов». С этих пор балакиревский кружок вошёл в историю мировой музыкальной культуры под названием «Могучая кучка».

В этом же году Балакирев принимает предложение взять на себя обязанности главного дирижёра Русского музыкального общества, концертами которого прежде дирижировал его идейный противник А.Г. Рубинштейн, уехавший в это время надолго за границу. В 70-е годы, в сфере музыкального образования и исполнительства разыгрывается конфликт, который затрагивает не только интересы музыкантов и преподавателей музыки, но и царскую фамилию. Царская семья, ещё со времен Екатерины II покровительствовала всему музыкально-театральному делу в России. После создания Русского музыкального общества, которое курировала Великая княгиня Елена Павловна, под попечительство дома Романовых перешли и симфонические концерты. Суть конфликта заключалась в том, что Александр II ставил во главу всего патриотизм и национальные ценности, что и пропагандировал Балакирев, а Великая княгиня («муза Евтерпа», как её называли) немка по происхождению, напротив, благоволила сторонникам А.Г. Рубинштейна и Петербургской консерватории, которые признавали приоритет западной педагогической школы и считали западную музыку более совершенной.

В середине 70-х годов Балакирев из-за расстроенного здоровья вынужден был на время отказаться и от общественной деятельности, и от руководства школой. Начался тяжелый кризис. В 70-е годы произошел разрыв дружеских отношений со многими общественными деятелями и композиторами. Недопонимание он нашел и в «Могучей кучке» - Римский-Корсаков стал профессором Петербургской консерватории. 1869 год был полон неприятностей: скончался Даргомыжский; Балакирев, после триумфального дирижирования им 9-й симфонией Бетховена, не был вновь избран директором РМО. Елена Павловна сместила его с должности дирижера из-за несходства взглядов на национальное искусство, на что Серов, сделавшийся уже тогда вполне убежденным противником балакиревской идеологии, откликнулся так: «Нет у нас никакой партии, ни русской, ни немецкой, а есть гнездо самохвало-интриганов, которые хотят орудовать музыкальными делами для своих личных целей, отстраняя высшие цели искусства на задний план. Падение Балакирева, а вместе с ним и его „лагеря“ — дело вполне логичное и справедливое».

(Замечу, что как композитор, Серов был весьма слаб и неинтересен, что и доказала сама история русской музыки. Однако, зависти и злости в нём было много. Достаточно почитать его статью «Руслан» и русланисты», в которой от него достаётся по первое число (!) и Глинке и его сторонникам.) Дела школы в материальном отношении требовали много расходов, которые никак не окупались. Балакирев потерял жизненный стержень, а с ним и средства к существованию. Его материальное положение, никогда не бывшее особенно блестящим, после увольнения с дирижерского поста и смерти отца в 1869 году (в силу чего он вынужден был содержать сестер - бесприданниц) стало ужасающим. В письмах его звучат частые жалобы на недостаток денег: «Мне необходимо 150 р., которые я должен уплатить не позже 24-го декабря, т. е. завтра…» — пишет он поэту Жемчужникову. «Всё это время я хлопотал достать 500 р. для взноса в совет Бесплатной школы, который будет на святой неделе, и достал только 300. Не откажите мне в остальных 200 р. Мне очень тяжело Вас просить, но что делать!» Талантливейший музыкант обносился, ему стало не в чем выйти в люди. Он пишет: «Кроме квартирных денег у меня потребность в рублях 40 или 50, чтобы сделать себе платье, в котором мог бы я выйти на уроки». «Едва ли завтра я буду у Бобринских. Сапоги мои очень худы стали…» Его посещают мысли о самоубийстве или об уходе в монастырь. Стасов пишет о нем: «Нет, это совсем другой человек. Передо мной был вчера какой-то гроб, а не прежний живой, энергичный, беспокойный Милий…» В июле 1872 года Балакирев решил отказаться от карьеры музыканта и устроился простым служащим в Магазинную контору Варшавской железной дороги. В это тяжёлое время он сближается П.И. Чайковским, который и морально и материально поддерживает друга. А Милий Алексеевич даёт ценные рекомендации Чайковскому в отношении 1-й симфонии и увертюры «Ромео и Джульетта». Стасов, надеясь ободрить Балакирева и вернуть его к активной музыкальной жизни, пишет ему: «Вас ведь вечно так и толкает, так и прёт во что-то грандиозное, широкое и глубокое. Заметьте, у Вас ни одной вещи нет с мелким, ничтожным или индифферентным направлением. Музыка для Вас существует специально для больших делов, для крупных целей».

Через несколько кризисных лет к концу 70-х годов Балакирев стал понемногу возвращаться к музыке. Он возобновляет работу над симфонической поэмой «Тамара» по стихотворению М.Ю. Лермонтова, прерванную кризисом, работает над 1-й симфонией, которую закончит в 1897 году, работает над 2-й симфонией.

? Симфоническая поэма «Тамара». Дирижёр — Е. Светланов

Также, он пишет фортепианный концерт Ми-бемоль мажор, работа над которым закончится в последние годы жизни композитора, создаёт романсы и фортепианные пьесы. Кучкисты всячески старались вернуть своего друга и наставника к творчеству. Большую роль в этом сыграла и сестра М.И. Глинки Л.И. Шестакова, предложившая ему принять участие в редактировании готовящихся к печати в издательстве П.И. Юргенсона партитур её брата. Балакирев с удовольствием принялся за эту работу, пригласив в помощь Римского-Корсакова и его ученика Анатолия Константиновича Лядова.

В 1881 году Милий Алексеевич снова стал директором и дирижёром Бесплатной музыкальной школы. В 1883 году он получает должность управляющего Придворной певческой капеллой, в которой будет служить до 1894 года, а затем уволится, получит пенсию и посвятит себя творчеству. После ухода из Капеллы водном из писем к своему чешскому другу музыканту Болеславу Каленскому Балакирев признавался: "Трагедия моей жизни заключается в том, что в молодых годах я не мог отдаться композиторской деятельности, которая тогда плохо оплачивалась, и поневоле отдавался педагогической деятельности, убивавшей музыкальную фантазию, но зато дававшей мне скудные средства к жизни. Новая эра началась в моей жизни с определения меня на должность Управляющего Придворною капеллою в феврале 1883 года, и хотя, состоя на службе, я не имел времени на сочинительство, но и с выходом моим в отставку (после кончины государя) я был награжден пенсией, дававшей возможность мне жить без нужды, и с этого времени я и отдался исключительно композиторской деятельности, торопясь по возможности наверстать потерянное время". Балакирев всё музыкальное дело певческой капеллы сосредоточил в своих руках. Им была разработана программа научных классов, а в помощники он пригласил к себе Николая Андреевича Римского-Корсакова, занимавшего должность инспектора музыкальных классов. Кроме того, при Балакиреве здание певческой капеллы перестраивается заново, оно приобретает изящный внешний вид с роскошными залами и обширными помещениями для учащихся. Особое внимание Балакирев уделил развитию оркестрового класса при капелле. Это оказало благотворное влияние на певцов капеллы, которые вследствие потери голоса должны были прекратить свои занятия в хоре. Теперь же, им предоставлялась возможность заработка, так как они оставались в привычной для них среде, и отпадала необходимость в поиске себе занятий в какой-либо другой, чуждой для них специальности.

По просьбе песенной комисии Русского географического общества Балакирев готовит к изданию 2 сборника, получившие название «30 русских народных песен», обработанных им для пения с фортепиано, и для исполнения на фортепиано в 4 руки. В 1901 году сборники были напечатаны.

Яркими событиями для Балакирева стали две его поездки в Варшаву в 1891 и 1894 годах с целью восстановления дома в Желязовой Воле, где родился Шопен, всегда остававшийся одним из самых дорогих его сердцу композиторов. Балакиреву удалось увлечь мечтой о восстановлении дома польских музыкантов, с которыми у него установились тесные дружественные отношения. 2 октября 1894 года состоялось торжественное открытие памятника Шопену в Железовой Воле, сооруженного по инициативе Балакирева, присутствовавшего на этой церемонии в качестве почётного гостя. Тремя днями позже он дал в Варшаве концерт в пользу стипендии имени Шопена. Этот концерт оказался его последним публичным выступлением в качестве пианиста, хотя в кругу друзей он охотно играл свой любимый репертуар – произведения Шопена, Листа, Шумана.

Столь же энергично заботился Балакирев и об увековечивании памяти Михаила Ивановича Глинки. В 80-х годах он дирижирует концертами для сбора средств на сооружение памятника композитору на его родине в Смоленске, а позже входит в состав комиссии по подготовке к установке памятника великому музыканту в Петербурге. В праздненстве по случаю открытия памятника Глинке в Смоленске в 1885 году Балакирев дирижировал двумя концертами. В 1895 году он добился открытия мемориальной доски на доме в Берлине, где скончался Глинка. В 1906 году в честь открытия памятника Глинке в Петербурге была исполнена написанная Балакиревым к этой дате торжественная кантата.

В последние годы вокруг Балакирева собирается узкий круг друзей-композиторов: А.К. Глазунов, А.К. Лядов, С.М. Ляпунов. После смерти Чайковского Балакирева неоднократно приглашали преподавать в Московской консерватории, но композитор, ссылаясь на то, что является самоучкой и не имеет систематических знаний в области гармонии, отказывался.

Балакирев в последние годы жизни

М.А. Балакирев умер 16 мая 1910 года в Санкт-Петербурге, в своей квартире на Коломенской улице в доме № 7. Похоронен он на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры. В 1936 году во время реконструкции Некрополя прах Балакирева был перенесен от южной ограды кладбища ближе к стене бывшей Тихвинской церкви, и захоронен на Композиторской дорожке рядом с Н.А. Римским-Корсаковым, умершим в 1908 году. Надгробие, выполненное в 1914 году архитектором Ф.Г. Беренштамом, было утрачено и восстановлено в 1948 году скульптором Н.В. Дыдыкиным.

Могила М.А. Балакирева

В Нижнем Новгороде, в доме, гда жила семья Балакиревых, в 1973 году расположилось Нижегородское отделение союза композиторов. В 1979 году в сквере у дома был установлен памятник - бюст замечательного русского композитора, пианиста, дирижёра, педагога и общественного деятеля Милия Алексеевича Балакирева, «не будь которого, судьбы русской музыки были бы совершенно другие».

Памятник Балакиреву в Нижнем Новгороде

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: