ГлавнаяСтатьиГруппа "Альтависта": Наша задача — раскрутить маховик
Опубликовано 1.01.2017 в 08:15, статья, раздел Звук
автор: ОК-журнал
Показов: 348

Группа "Альтависта": Наша задача — раскрутить маховик

Группа «АЛЬТАВИСТА» — интеллектуальные лирики из Санкт-Петербурга. Активно гастролируя по России и за ее пределами, музыканты несут романтику в массы. Лидер группы, Александр Лямкин, рассказал интернет-журналу «Область культуры» о своем отношении к музыке, слушателям, концертам и городам.

— Предлагаю начать с фундамента. Расскажи, как ты пишешь песни. Когда и при каких обстоятельствах к тебе приходит вдохновение?

Александр Лямкин: Вообще, ночь — это мое время. Но последние три-четыре песни были написаны днем и в формате работы. Приехал на репетиционную точку, поиграл. И вот, кармически так сошлось, что я, меньше, чем за месяц, написал там очень неплохие песни, которые уже взяты в коллектив. Все они играются, все репетируются уже для нового альбома. До этого один раз только писал на репетиционной точке, обычно это дома происходит.

— Ты задаешься целью — сесть и написать, или само приходит?

А. Л.: Иногда я задаюсь целью поработать. Например, поиграть какие-то упражнения на гитаре, отработать технику. А бывает, я просто беру гитару и что-то играю, о чем-то думаю. Это состояние сродни медитации, похоже на то, когда засыпаешь.

— А бывает, что очень хочешь что-то написать, но не идет?

А. Л.: Бывает. Часто. Я бы хотел писать каждый день. Мне нравится это ощущение. Оно похоже на чувство сексуальной удовлетворенности.

— Кому первым даешь послушать: музыкантам, семье или друзьям?

А. Л.: Семье я даю слушать только законченный материал. Они меня прикрывают в обычной жизни, а в творчестве — не коллеги. Но альбом, который мы сейчас записывали, супруге давал послушать. Чаще всего, я показываю песню гитаристу Юре.

— Вы на одной волне? Совместно писали что-нибудь?

А. Л.: Наши волны во многом пересекаются, но есть часть гребешков, которые идут отдельно. Бывает так, что Юра придумывает рифф, а я приношу к нему текст. Или я говорю, что есть песня, гармония, построение слов, но надо чуть-чуть доработать, и он предлагает свои варианты. В целом, статистика такая, что на каждом альбоме две-три песни Юры, и восемь-девять моих.

— А остальные музыканты учувствуют?

А. Л.: Участвуют, но в плане советов по аранжировке. Мнение спрашивается, но право вето все-таки принадлежит мне. Я стараюсь не усугублять, но прекрасно понимаю, что всегда должен быть кто-то, кто сможет принять конечное решение, поставить точку в дебатах.

— Прослушивая свои старые записи, ты переоцениваешь их, чувствуешь, что «это мне близко, а вот это уже нет»?

А. Л.: Есть песни, которые мне априори близки, например, «Еловый снег». Я считаю ее одной из самых удачных своих песен. Она мне настолько нравится, что, не скромничая, я всем позиционирую ее как крутую песню. А есть песни, которые то близки, то не близки. Поэтому у нас есть две программы — акустика, с соответствующим настроением, и электричество, где могут быть тонкие и ровные звуки, бек-вокалистки, большой состав. Это зависит от настроения. Иногда музыку хочется делать тихо, иногда — кричать на площади.

— У тебя искренняя и интересная манера общаться со своими поклонниками. Ты не сюсюкаешься с ними, не говоришь «спасибо, что пришли». Ты будто говоришь: «Пришли? Молодцы».

А. Л.: Да, я просто хочу, чтобы все было честно. Подозреваю, что это неправильно, но не хочу сюсюкаться. Если тебе нравится песня — приходи, если не нравится — не приходи. Я благодарен всем слушателям.

— Группа «Альтависта» ищет себя?

А. Л.: Постоянно. И я хочу найти. У меня лопается мозг, когда я начинаю думать, какую музыку люди идут слушать. Мне бы хотелось это знать. Хотя бы для того, чтобы понимать, в каких залах играть.

— Каким ты видишь своего слушателя?

А. Л: Скорее всего, это парень, которому точно за двадцать. Сейчас все примерно пополам, но парней чуть-чуть больше. Хотя на недавнем квартирнике были только девушки.

— А тебе бы как хотелось?

А. Л: Чем больше красивых девушек на концерте — тем лучше. Я бы даже сказал, что это моя потребность. Но некоторые вещи написаны исключительно для мужчин. Даже не для мальчиков, а для пацанов.

— Кто у вас отвечает за общение с девушками?

А. Л: У нас есть исконно харизматичный Юра, который, желает он того или нет, долгие годы выполнял и сейчас выполняет эту функцию.

— Ты раскрепощен на сцене?

А. Л: По-разному бывает. Все чаще и чаще на сцене я чувствую себя комфортно и свободно, особенно когда это сольный концерт, который нужен.

— А энергией ты готов делиться?

А. Л: Да. Более того, я считаю, что артист должен заниматься самоуничтожением в этом смысле, он должен максимально отдавать. Каждый концерт должен быть, как последний. Наша задача — раскрутить маховик. Человек в зале должен что-то почувствовать. Для этого нам нужно каждый раз умирать. Иссушать колодец. Выступать с максимальной отдачей. И не обязательно махать головой, все может быть неподвижно. Но это немало.

— А ты слушаешь коллег во время концертов?

А. Л: Минут за двадцать до выступления я ухожу готовиться, а все остальное время — да. Я слушаю все выходящие релизы, стараюсь посещать все фестивали. И мне искренне интересно. Я просто хочу услышать хорошую песню, получить удовольствие. В число тех, кого я особо для себя выделяю, входит и новгородская группа «Blackbird». К сожалению, они редко выступают в Петербурге. Хорошие ребята, у них есть музыка.

— Для группы ты видишь какой-нибудь потолок?

А. Л: Я бы не хотел его видеть. В искусстве всегда есть момент удачи, чуда, поэтому бесполезно рассуждать рационально. Наша музыка не противоречит тому, чтобы играть ее и в шестьдесят лет, она, как вино. Я буду петь про то же. Если мне будет шестьдесят, и я буду петь «Еловый снег» — это будет смотреться совершенно органично, по-моему.

— Вы не гонитесь за шокирующим шоу?

А. Л: Нет, просто стараемся сделать качественную музыкальную составляющую или видеоряд. На концерте мы звучим лучше, чем в записи. Это энергетика.

— Приятнее выступать на новой площадке или на той, где уже много раз был?

А. Л: Это разные вещи. Мне нравится выступать на одной и той же площадке, но при этом я просто обожаю гастроли. Приезжать и брать города — в этом весь я.

— Давай про гастроли. В октябре у вас был тур по Израилю. Поездка что-то принесла тебе духовно?

А. Л: Поездка была исключительно крутой. Много знакомых, много эмоций. Там были хорошие концерты, хорошая публика, которая слушала, покупала диски, приглашала еще. Пять городов. И мы планируем туда вернуться через полгода.

— Какие песни вы привезли в Израиль?

А. Л: По большей части новые, домешивая процентов десять из старого. Альбом должен был выйти в ноябре, тогда все было бы очень логично. Но мы не успели подготовить его к туру. На тот момент, когда он должен был выйти, я понял, что доволен материалом, звучанием в целом, но степень художественного выражения не достаточно хороша. И я попросил ребят, еще какое-то время посвятить доработке. В этот раз мы позволили себе роскошь: записать, свести, понять, что нам не нравится, и дополнить. Осталось сделать мастеринг и выпустить альбом. Будет двенадцать песен, две из них уже обнародованы.

— А где приятнее выступать?

А. Л: Частные случаи. Нет четкой позиции. Но ездить за границу мне, безусловно, нравится. В России есть города, которые я называю «точками сохранения». И всегда, в рамках того или иного тура, они присутствуют. Например, Калининград, Пермь, Миасс, Новосибирск, Барнаул. Это города, которые неизменно, к нам проявляют радушие. Хочется на Дальний Восток, я ни разу там не был. В Великом Новгороде мы выступали раза четыре. Если нас позовут, конечно, приедем еще раз.

Фото из архива музыкантов.

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: