ГлавнаяСтатьиЭрнест Хемингуэй — Воля к Жизни
Опубликовано 18.11.2016 в 08:00, статья, раздел Жизнь, рубрика Лабиринты
автор: Денис Евлампиев
Показов: 551

Эрнест Хемингуэй — Воля к Жизни

Умные люди чрезвычайно редко бывают счастливы.

Эрнест Хемингуэй

Сегодня мы начнём тяжело и весомо. В процессе беседы с нашим сегодняшним персонажем всплыло несколько фактов, которые ранее мне были неизвестны. И я, как самый честный из честнейших рассказчиков, просто не в праве спекулировать информацией, имея на руках такие подробные детали и мельчайшие осколки, так ярко вырезающие на стекле времени портрет нашего сегодняшнего героя. Для тех, кто очутился в "Лабиринтах" впервые, стоит заметить, что наши беседы - это не фастфудное шоу вроде тех, которыми забиваются каналы в прайм-тайм, чтобы перемыть чьё-либо грязное бельё. Абсолютно нет, ведь здесь вам не пожелают долгих лет жизни и не предупредят о возможных опасностях, а также внимательности, которая может потребоваться вам на жизненном пути. Нет, только не здесь. Здесь вас учат гореть до конца, тлея до полного исчезновения лишь для того, чтобы на несколько часов наполнить вашу жизнь и жизнь окружающих вас людей теплом.

Но, несмотря на всяческие наборы страшных и нелепых, казалось бы, случайностей, наш герой сегодня всё равно проведёт нас всеми этими земными и морскими путями, которыми ходили, ездили и плавали его персонажи. И вот перед нами мир Хемингуэя, господа! Добро пожаловать в мир сильных людей! Один из немногих подобных миров в литературе. И голова, конечно же, может закружиться и съехать со своих катушек, если сложить все картины произведений нашего героя вместе. Но в том и заключается великая прелесть творчества нашего сегодняшнего персонажа - в грандиозно выстроенных связках, которые так легко и просто расставляются между его произведениями, так легко и просто склеивают мир, что начинает казаться будто автор совсем даже и не прикладывал своей руки к созданию своих сюжетов, но просто раскрашивал и соединял детали некой большой мозаики под названием Мир Человеческий.

И пока в море старый Сантьяго продолжает бороться с природой на приз покидающей его силы, где-то в Кении, у подножия великой Килиманджаро, получивший ранение во время сафари писатель Гарри Стрит уже ожидает своей смерти, поднимая глаза вверх и наблюдая, как стервятники кружат над его головой... В другом конце картины, где-то посреди объятой огнём и войной Европы уже стоит, протянув к нам ладони в беспомощном жесте, Фредерик Генри, потерявший жену и ребёнка... И все эти героические и такие стоические картины и образы уже становятся огромным потоком живительной влаги, которая призвана увлажнить не только глаза читателя, но и поспособствовать росту определённых идей в его мозгу...

Эрнест Хемингуэй в "Лабиринтах".

Любая история героя - это история преодоления. Никогда в жизни вы не встретите человека, который добился своих целей, смирившись с окружающими обстоятельствами. Герой - всегда борец, всегда сильная личность, которая готова внести изменения в обыденный порядок вещей. И есть великая разница между изменениями мира и изменениями себя в мире. Заводя речь о внутренней комплектации себя, многие говорят о том, что необходимо сперва устроить себя, а лишь потом заниматься изменением окружающего пространства. Но что делать, если мотор внутри тебя уже прогорает и масло течёт из искорёженного сердца, разбрызгивая вокруг искры, от которых идеями перемен загораются миллионы людей? Можно ждать удачного часа, менять себя на протяжении десятка лет и умереть от бронхита за три дня, в итоге не изменив ничего. Можно рваться изо всех сухожилий, забыв о собственной броне, и перевернуть мир за короткие пятнадцать минут. Пятнадцать минут, которые изменят мир. Или пятнадцать минут, которые ты потратишь на себя. Видите ли Вы разницу? Но об этом рано. Пока что жизнь нашего героя, внутренний мир которого разобьётся на множество разных персонажей в его удивительном калейдоскопе литературных кружений, только начинается. Начинается 21 июля 1899-го года.

Когда сыну исполнится три года, отец Кларенс Хемингуэй впервые возьмёт его на рыбалку и уже подарит ему личную удочку. Отец Эрнеста постарается воспитать мальчика максимально любознательным и любящим природу. Любящим настолько, что к восьми годам будущий великий писатель уже будет разбираться во всех названиях птиц, рыб, зверей, деревьев и цветов, которые имели место быть на Среднем Западе. Родитель нашего героя был достаточно заботливым отцом, его успешная врачебная карьера позволяла выделять достаточно денег на интересы сына, а также проводить с ним определённое количество времени, необходимого для того, чтобы отец и сын стали настоящими друзьями. Впрочем назвать отца Хемингуэя идеальным было сложно... Суровые взгляды на жизнь, собственные планы на будущее сына и небольшой набор комплексов делали его просто неплохим отцом (хоть и не идеальным в определённых деталях). Ведь кто такой отец? Это не просто родитель, но и друг и старший наставник и помощник. Тот кто научит, расскажет и покажет. И не обязательно нужно учить сына строгать доски. Можно рассказать ему о красотах природы и её уникальности. А умение держать отвёртку за нужный конец рано или поздно приходит к любому достаточно ответственному мужчине, который понимает, что он должен держать свой дом в порядке.

Однако, несмотря на некоторые недостатки отца, Эрнест будет относиться к нему намного лучше, чем к своей матери. У неё, как водится, тоже были свои планы на мальчика и она очень хотела, чтобы тот стал музыкантом. Чем, естественно, и сгубила весь возможный интерес сына к этой сфере деятельности. Разрываясь между мечтами и уроками отца и железным кулаком своей матери, он всё чаще попадал в немилость к последней. А это, с её точки зрения, уже расценивалось как бунт. Бунты эта женщина пресекать умела, как и любое свободное движение мысли в голове своего сына. Эрнест всё чаще спасался от неё в литературе. Среди его "литературных друзей" были маститые натуралисты, самый известный из которых - Чарльз Дарвин. Несмотря на непосредственные увлечения мальчика, его матушка настояла на том, чтобы сын пел в церковном хоре и учился игре на виолончели. Уже в достаточно пожилом возрасте Эрнест будет вспоминать: "Моя мать целый год не пускала меня в школу, чтобы я учился музыке. Она думала, что у меня есть способности, а у меня не было никакого таланта". Но любые возражения пресекались на корню, и Эрнест был вынужден пилить виолончель с утра до ночи. Уже тогда достаточно наблюдательного маленького Эрни больше беспокоила судьба его отца, которым жена исподволь понукала. Всё это завуалированное, конечно же, не происходило в открытую. Но когда в быту женщина меняется с мужчиной местами, абсолютно отключая роль хранительницы очага и вживаясь в образ командира, воздух становится плотнее и его можно резать ножом, подавая на тарелке прямо к завтраку.

Эрнест всегда будет вспоминать об отце с уважением. Его крепкая рука и дружеская поддержка, конечно же не смогут не запомниться мальчику. Ведь ребёнок прекрасно понимает, что происходит вокруг. И, дурача ребёнка, вы прежде всего выставляете дураками самих себя. Скрытая манипуляция одного родителя другим для ребёнка не является такой уж скрытой. А манипулятор навсегда прослывёт человеком бесчестным и, как водится, нелюбимым... Именно так родители собственными руками уничтожают себя в глазах своих детей. Заранее воспринимая их как более глупых и ещё не до конца оформленных людей. Только проблема заключается скорее в том, что сами родители либо слишком обвешиваются кучей общемировых мистических практик, либо теряют детали на бегу, приобретая неврозы и кучу прочих комплексов, на фоне которых уже не могут видеть в своём ребёнке равного.

Лето Хемингуэи проводили в коттедже "Уиндмир" у озера Валлун. Там Эрнест был свободен от всепоглощающих уроков музыки, мог открыто общаться с природой, ловить рыбу, играть с детьми из индейского поселения. Некоторые из будущих историй Эрнеста когда-то родятся именно здесь, во время бесконечных посиделок с дедом, подарившим ему ружьё в 11-летнем возрасте. Старик будет рассказывать много интересных и увлекательных историй, которые в будущем Эрнест использует как части сюжета для своих будущих произведений. И, что не говори, вот оно - полное счастья детство. Серьёзная мать, глубоко любимый дед, сумевший стать настоящим другом отец. Детские тревоги и "не хочу", которые придают заре нашей жизни особый поэтический вкус, вкус печенья с молоком, который мы будем искать всю нашу последующую жизнь и сможем найти только в памяти. И искорки костра уже прогорают, а дед что-то рассказывает, несомненно продолжая лукаво посмеиваться. Языки костра согревают тебя, его и, как кажется, весь мир, который вот уже здесь - под ногами. Клокочет в пламени жизни. Жизнь часто любят сравнивать с костром. Потому что прошлое, потерянное нами, сгорает, как правило, навсегда. Жизнь, выстреливая ярким залпом эмоций и потенциала, рано или поздно потухнет, как древесный уголёк. Кто-то упрямо горит по законам физики, кто-то разжигает пламя спиртом, что заставляет костёр задыхаться и сбиваться с ритма огненного сердца, приводя, в конце концов к горькому дыму с запахом алкоголя и непереносимой удушающей всех окружающих гари... Кто-то тушит его сам, в финале представляя из себя олицетворение гекатомбы каким-то древним великим силам... Но не об этом сейчас. Впереди ещё очень много всего. Романтика, войны, охота, алкоголь. И всё это - в искрах костра...

В школе Эрнест занимается боксом, параллельно совмещая свои тренировки с писательским делом. И приоритет он уже в это время отдаст писательству, опубликовав несколько действительно неплохих вещей в школьном журнале "Скрижаль". Творчество и первые торопливые заметки на бумаге откроют Эрнесту дорогу в будущее. Но дорога эта конечно же будет сложной. Из-за чего бы вы думали? Правильно - именно из-за творчества. Когда отец и мать Хемингуэя получат по почте один из первых романов, который напишет их сын, дома разразится скандал. До белого каления родителей Эрнеста доведёт главный герой романа - страдающий гонореей импотент. Вы, конечно, вряд ли усмотрите в этом что-то, что можно вынести "за грань"... Однако, если сделать поправку на время и на характер родителей Эрнеста, то становится ясно, почему его отец, такой, казалось бы, сильный человек, погрузится в какие-то свои мрачные рассуждения относительно сына и собственной жизни и потеряет внутреннюю искру, что, в итоге, заставит его покончить с собой.

После скандала с матерью, которая наотрез отказалась понимать и принимать писательский талант сына, Эрнест решает уехать в Канзас-Сити, где устраивается на работу журналистом. Работа - полная чаша скучных новостей и официальных заявлений. Но иногда выбора нет. И когда жизнь не преподносит тебе подсказок, приходится самому искать альтернативы. Хемингуэй собирается на войну. Позже он напишет: "Я был большим дураком, когда отправился на ту войну. Я думал, что мы спортивная команда, а австрийцы — другая команда". Впрочем там, на фронте, время не пройдёт зря. Писательское время вообще не проходит зря - любое разочарование и любая радость настолько гармонично ложатся на бумагу, что иногда кажется, будто писателям просто запрещено вести обычную спокойную семейную жизнь. Вы вряд ли найдёте среди когорты этих ненормальных хотя бы одного человека, который на определённое время не погружался в некоторые опьяняющие среды - депрессивные, калечащие, наркотические или алкогольные. Как ни странно, в этой нашей жизни, казалось бы такой могучей и несокрушимой, будет место почти всем вышеперечисленным кругам писательского дара. И, ощущая внутри себя движение определённых волн, Хемингуэй будет с неподражаемой боксёрской мужской яростью впечатывать в века свои новые строки, очередной осколок себя. И если кто-то пьёт воду из чужих родников, то наш сегодняшний герой рисовал маски прожитые, в большинстве своём, только на личном опыте.

Из-за скверного зрения, наш сегодняшний герой будет взят на службу исключительно в качестве водителя-добровольца Красного Креста. Первым же его заданием станет разгребание развалин завода боеприпасов. И именно в этот момент, когда пальцами ты перебираешь закопчёные гильзы, добытые из-под руин и бетонной крошки того, что раньше было стенами, в твоей голове рождается этот роман... Вернее только его канва, только заголовок. Потому что само действие завязки романа ещё впереди. Впереди итальянский фронт, спасая умирающего итальянского же снайпера на котором, Эрнест попадёт под шквальный обстрел австрийского миномётного расчёта и пулемётный огонь. Этот случай сделает из Хэмингуэя героя и нашпигует его свинцом вдоволь - в лазарете из него вытащат 26 осколков. В этой дьявольской домне он получит более двух сотен ран, навсегда простится с коленной чашечкой, которую позже заменят алюминиевой пластиной в том самом госпитале, где он и влюбится в медсестру. И многие из тех, кто дотрагивался до дивной истории Фредерика Генри уже находят в этих фактах отголоски романа "Прощай, оружие!", который будет написан Хемингуэем в 1929-ом году. И как вы думаете - легко ли распять себя на бумаге? Ведь диалог с бумагой или буквой - это секретничание со всем миром. И выдать на бумагу более-менее хороший писатель стремится лишь то, чем тяжело поделиться даже с самым близким человеком. И, видимо, у многих получается также - написал, излил на бумагу и вырвал этот лист из сердца. Материализовал всю ту боль, все те мысли, надежды и страсти, которые находятся внутри. И с этой точки зрения литература - уникальная терапия. Вспомните хотя бы искристые миры Толкиена, который вернулся с войны потеряв абсолютно всех друзей, а потом, в неконтролируемом порыве сдержать обещание перед товарищами, вместе с которыми он мечтал создать уникальный литературный мир, выписывает на бумаге своих хоббитов, эльфов и орков! Полубезумное занятие. Тем более для взрослого - психологически взрослого и даже слегка покалеченного в этом плане мужчины, который прошёл войну. Впрочем не о Толкиене сейчас речь.


И как, например, попадает информация в "Лабиринты"? Спускается на крючке в виде сочного смачного шмата, который ты сначала хватал и ранился по незнанию, потом начал объедать по краям, но понял, что этот подход не приносит абсолютно никаких результатов и в итоге стал глотать налету. И чем дальше уходит крючок, чем обильнее ты разливаешься энергией собственной крови, тем вам интереснее... И я не спрашиваю, я - уточняю. Потому что вижу и знаю, как это работает. И ваш покорный ретранслятор, конечно же, не настолько велик, как велик сегодняшний герой или, например, святой Валентин, легенда о котором выстроена на крови и боли. Обычный, в сущности, человек, который приобрёл своё имя не столько в борьбе за право любви, сколько в гибели за это право. И когда ты подскальзываешься на собственной тёмной крови, эффект, конечно же, неизмеримо глубже. И женщины, которые не любят, когда мы обсуждаем их, зачастую берутся обсуждать нас, видя силу лишь в способности стоять и переносить. Но и самый мощный и прочный каркас со временем гниёт, даже если внешне это и незаметно. И наш сегодняшний герой пока рассыпается лишь мысленно. Но каждый выпавший элемент пазла, к сожалению, приведёт в итоге к печальному финалу.

После Первой Мировой будет Париж. Париж и свадьба. Со своей первой женой (пианисткой Хэдли Ричардсон) Эрнест познакомится ещё в Торонто, где он работал в местной газете сначала журналистом, а потом и редактором. Из под его пера выходят статьи о войне, чиновниках, снобах от культуры. Подобные статьи он будет отправлять в "Торонто Стар" и после переезда в Париж. Будет описывать европейскую жизнь через призму непредвзятости. Через пять лет после переезда в Париж, Хемингуэй пишет свою первую большую серьёзную вещь - "И восходит солнце". Любовный узел, затянувшийся вокруг главной героини, являющийся, как кажется, весёлым хороводом, который она сама и затеяла, удавкой стягивается на её собственном горле. И перспективы прошлого, в котором могло быть так много различных возможностей, уже тают на глазах... Критика оценит этот роман по справедливости и Хемингуэй, странный журналист, живущий в комнате с пружинным матрасом в углу, без горячей воды и канализации, внезапно становится популярен. Позже последует уже упомянутый ранее роман "Прощай, оружие!". Слава писателя приходит к Эрнесту именно в это время - время переезда во Флориду, путешествий к Багамским островам и Кубе. Осенью этого же года в автокатастрофе Эрнест получит тяжёлые травмы, которые заставят его отказаться от карандаша и пересесть за печатную машинку. Закончив цикл рассказов "Победитель не получает ничего", а ранее - эссе о традициях испанской корриды "Смерть после полудня", Хемингуэй наконец-то решается реализовать свою давнюю мечту - заменить рыбную ловлю и охоту на ещё неизведанное ранее сафари. После полного восстановления Хемингуэй отправляется в Африку!

Хоть выжить в аварии и удалось с огромным трудом, в Африке Эрнест крепко держит винтовку в руках. Его фирменная мощь записана на подкорку личности. И даже когда этот человек пьёт или пребывает в глубочайших раздумьях, сквозь его взгляд и чёткие черты лица прямо вам в глаза бьют уверенность, сила и стоический героизм этого образа. Фотохроники сохранят для нас десятки снимков великого писателя с его трофеями, добытыми во время сафари. В основном это самые крупные и опасные звери - хищники и копытные. Эти фотографии позже лягут в стол рядом с пачкой снимков, на которых Хемингуэй запечатлён со своими рыболовными трофеями, которых, в связи с большей доступностью океана нежели дальнего жаркого континента, в разы больше. Большинство морских обитателей на этих снимках имеют огромные, действительно впечатляющие размеры. И если бы вдруг была организована охота на драконов, то наш главный герой ... нет, он не был бы в первых рядах. Он был бы её организатором.

Однако, вместо охоты на драконов, начинается очередная охота на людей. К этому моменту Эрнест уже закончит "Зелёные холмы Африки" и позже ставший культовым, разошедшийся на цитаты роман "По ком звонит колокол". Имеющий достаточно однозначный взгляд на грамотную политику, Эрнест участвует во Второй Мировой со всей страстью и азартом. Более того - война начнётся для него несколько раньше, чем для всех рядовых солдат. В 37-ом году он волею судьбы окажется в Испании, где ему доведётся поучаствовать в военных столкновениях, познакомиться с Антуаном Экзюпери, а также написать пьесу "Пятая колонна". Вторая Мировая застанет Хемингуэя на Кубе, где он будет проводить время за рыбной ловлей. И поскольку речь сегодня зашла о настоящем мужчине, то и поступки у него должны быть мужские, как вы понимаете. На протяжении двух лет Хемингуэй занимается контрразведкой и лично выслеживает вражеские подводные лодки на собственном катере. Когда на Кубе он, как говорится, поможет чем сможет, вернётся в Лондон в качестве журналиста, в последний год войны снова возобновив личную борьбу с нацистами, участвуя в стратегических бомбардировках и буквально силой добившись участия в Нормандской операции как в качестве разведчика, так и в качестве бойца.


Страх смерти - всего лишь оправдание для труса. Можно ли бояться того, что наступит рано или поздно? И наш герой уверенно держится на плаву там, где все остальные идут ко дну или поворачивают к родному берегу. Человек с непоколебимой уверенностью и верой в собственные силы. Тот, кто не потерял ни одного, как кажется, дня в своей жизни, постоянно занимаясь работой, борьбой или более чем активным отдыхом. И время от времени, конечно же, становится не по себе. Особенно когда ты бросаешься в пекло - выслеживаешь огромного льва, коих в Африке Эрнест убьёт ровно трёх. Сражаешься ли в море с гигантской рыбой, которая не хочет сдаваться. И это несомненно большой комплекс - комплекс превосходства над смертью. Страх оказаться слабым, неправым, ненужным. И в 49-ом году, через несколько лет после окончания войны, на Кубе, где Хемингуэй успеет обосноваться вместе со своей третьей женой, он создаёт произведение, которое принесёт ему пулитцеровскую, а позже и нобелевскую премию по литературе. И вот мы с вами видим, как старик Сантьяго в надежде пробудить в себе былые силы уже отправляется в море в надежде поймать действительно достойную рыбу. И вот вы уже вместо него смотрите на берег из своей небольшой лодки, а впереди только голубая, что сверху, что снизу, даль, разорванная немногочисленными белыми облаками. И под палящим солнцем вы уходите всё дальше в море, наконец-то поймав и не рыбу даже, но своё прошлое на крючок. И вот, казалось бы, момент триумфа, мастерство в очередной раз вас не подводит. Но улов ваш слишком тяжёл и силён для ослабевших рук и битва не на жизнь, а на смерть уже затягивается на долгие часы, а у кого-то и на дни. И доказать, что ты сильнее - дело принципа. В борьбе с огромным монстром океан уже готов проглотить отчаянного героя, волнами барахтая лодку, как ореховую скорлупу. Он уже готов хлынуть внутрь и навсегда похоронить вас, в очередной раз доказав миру, что слаб человек. И силы человеческие не безграничны. Но как в какой-то нелепой сказке мышцы вдруг каменеют, и одним смелым движением дёрнув за леску, опутывающую уже в кровь разрезанные ей руки, вы выравниваете курс... Но побороть стихию иногда намного проще, чем глупость человеческую. И вот в 60-ом году на виски нашего героя уже накладывают специальный прибор для проведения тока. Таким образом врачи пытаются вылечить у Хемингуэя паранойю, синдромом которой считали манию преследования, овладевшую великим писателем в определённый момент жизни. Всего Эрнест переживёт порядка 13 таких процедур, каждая из которых вспышкой в мозгу оставит после себя незаживающий след...

Помимо паранойи, которой, как хотелось верить врачам, страдал Хемингуэй, ему были поставлены такие диагнозы как гипертония и диабет. Всё это, конечно же, соседствовало с алкоголизмом, говорить о проявлении которого у очередного писателя уже практически бессмысленно. Плохая наследственность и самоубийство отца, видимо сделают своё дело. Отец был для Эрнеста более чем важным человеком в жизни, а его поступок - дикой роковой случайностью. И когда вследствии лечения и терапий Хемингуэй понимает, что не может больше написать ни строчки... что-то внутри несомненно обрывается. Семья Хемингуэев, к слову сказать, вообще вмещает в себе довольно странную воинственно-волнительную кровь и, как спустя десятилетия скажут сами потомки Эрнеста, склонна к суицидам. Пребывая в затяжных депрессиях в перерывах между лечением электрошоком Эрнест принимает несколько попыток суицида. В том числе пытается броситься в пропеллер самолёта. Однако попытки остаются попытками вплоть до второго июля 1961-го года. Через несколько дней после выхода из больницы Эрнест покончит с собой застрелившись из своего любимого ружья у себя дома в Кетчуме, штат Айдахо. Предсмертной записки найдено не будет и самоубийство будет расценено как результат затяжной депрессии и психической неуравновешенности. "Эти врачи, что делали мне электрошок, писателей не понимают… Пусть бы все психиатры поучились писать художественные произведения, чтобы понять, что значит быть писателем… какой был смысл в том, чтобы разрушать мой мозг и стирать мою память, которая представляет собой мой капитал, и выбрасывать меня на обочину жизни?" - скажет незадолго до смерти Хемингуэй.

И когда ты сам смотришь в дуло заряженного ружья, когда ты из последних сил поймавший самую большую и самую сильную рыбу в одночасье теряешь всё... Что крутится в твоей голове, о человек? И есть ли в мире место таким великим вещам как сила и стойкость? Конечно же есть. Только эффект их часто корректируется буйным океаном событий. И сколько бы ты не старался, невозможно получить и заиметь всё. Побороть стихию, значит стать её частью. Но многие из вас, конечно же, не согласны на подобный исход. И в ваших глазах снова проносятся эти картины - шумный прилив и огромный океан, растянувшийся на все четыре стороны. И вы лежите на дне лодки, вглядываясь вверх, где свет заливает глаза. И шум волн похож на шум крови, приливающей к вискам и отдающейся напряжением в ушах... И как силён ты, о Океан! Как безграничен и велик! И навстречу к великому охотнику и путешественнику в конце его пути, конечно же, должны выходить его самые сильные образы. И что же ждёт нашего героя там, за Пеленой Смерти?..

Спустя определённое время покончит с собой младший брат Эрнеста - Лестер, во всём старающийся походить на своего великого родственника. А по прошествии десятков лет на тот свет отправятся сын Хемингуэя Грегори и правнучка великого писателя Марго, принявшая смертельную дозу снотворного. И можно было бы сказать о массовом психозе, но в начале 80-ых ФБР наконец-то рассекретит досье на Эрнеста и окажется, что за великим писателем действительно велась слежка. И один из многих великих творцов и гениев своего времени, который умел завлечь людей на страницы своих романов осколками собственной души, действительно видел все эти жучки и всех этих агентов правительства вокруг. Пусть и попадал в яблочко в своих догадках один раз из десяти.

«Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе, каждый человек есть часть Материка, часть Суши; и если волной снесёт в море береговой Утёс, меньше станет Европа, и так же, если смоет край мыса или разрушит Замок твой или друга твоего; смерть каждого Человека умаляет и меня, ибо я един со всем Человечеством, а потому не спрашивай, по ком звонит колокол: он звонит по Тебе».

творческая лаборатория "Лабиринты" - https://vk.com/granica_pustota

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: