ГлавнаяСтатьиСамуил Маршак: детский поэт, переводчик и лирик
Опубликовано 31.10.2016 в 20:40, статья, раздел Слово
автор: Григорий Князев
Показов: 321

Самуил Маршак: детский поэт, переводчик и лирик

Самуил Яковлевич Маршак родился 22 октября (3 ноября) 1887 года (в связи с чем и хочется отметить его судьбу и творчество хотя бы в день этой годовщины), а умер 4 июля 1964 года. Большинству соотечественников он известен, в основном, как детский поэт, неслучайно о себе как об авторе и о своих читателях Маршак пишет так:

* * *

Читатель мой особенного рода:

Умеет он под стол ходить пешком.

Но радостно мне знать, что я знаком

С читателем двухтысячного года!

Однако, кроме значимого вклада в детскую литературу (кто же не помнит, например: «Вот какой рассеянный / С улицы Бассейной!»), а также, кстати, в театр для детей, Маршак – талантливейший, если не гениальный переводчик поэзии, что известно, к сожалению, меньшей части читателей. Именно за свои переводы Маршак получил в 1949 году Сталинскую премию второй степени! И хотя начинал он переводить стихи с иврита, и продолжил переводами славянских авторов, но наибольшую популярность заслуженно приобрели его переводы англоязычной поэзии и, прежде всего, сонетов Шекспира, с которыми считаются, но до сих пор соревнуются многие поэты-переводчики. Об этом своем большом труде, на который поэта, видимо, вдохновила и его поездка в Великобританию еще в молодости, Маршак написал так, соответственно избрав жанр сонета, и при этом – английского:

1616-1949

Я перевел Шекспировы сонеты.

Пускай поэт, покинув старый дом,

Заговорит на языке другом,

В другие дни, в другом краю планеты.

Соратником его мы признаем,

Защитником свободы, правды, мира.

Недаром имя славное Шекспира

По-русски значит: "потрясай копьем".

Три сотни раз и тридцать раз и три

Со дня его кончины очертила

Земля урочный путь вокруг светила.

Свергались троны, падали цари...

А гордый стих и в скромном переводе

Служил и служит правде и свободе.

И хотя трудно выбрать только один сонет Шекспира, переведенный Маршаком, поскольку все они в его переводе прекрасны, но лучшим, на мой взгляд, является все-таки 66-й сонет Шекспира из переведенных Маршаком. Вот он:

СОНЕТ 66

Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж

Достоинство, что просит подаянья,

Над простотой глумящуюся ложь,

Ничтожество в роскошном одеянье,

И совершенству ложный приговор,

И девственность, поруганную грубо,

И неуместной почести позор,

И мощь в плену у немощи беззубой

И прямоту, что глупостью слывет,

И глупость в маске мудреца, пророка,

И вдохновения зажатый рот,

И праведность на службе у порока.

Все мерзостно, что вижу я вокруг,

Но как тебя покинуть, милый друг!

Но мало кому (как и мне – до недавнего времени) знаком Маршак-лирик. А лирика у Маршака – вполне «взрослая», философская. Он, наравне с человечеством, чувствовал себя в стихах «племянником вечности». Он много думал и писал о тайне времени, о жизни и смерти человека, о природе и ее особенностях. Где-то это у него получалось более прямо, с явным параллелизмом разных миров и их состояний; где-то эти размышления поэта выражались сквозь призму ясной, четкой, но при этом более глубокой и более парадоксальной поэтической мысли, к работе которой в его стихах часто подключаются любопытные образы и ассоциативные ряды на основе впечатлений и наблюдений этого почти забытого поэта-лирика. Предлагаю вашему вниманию, дорогие читатели этой, начатой мной, большой рубрики подборку авторских стихов Маршака, которые мне особенно понравились, в которых, как в поэтическом зеркале, отразилось и мое представление о подлинной поэзии:

* * *

Вечерний лес еще не спит.

Луна восходит яркая.

И где-то дерево скрипит,

Как старый ворон каркая.

Всё этой ночью хочет петь.

А неспособным к пению

Осталось гнуться да скрипеть,

Встречая ночь весеннюю.

* * *

Возраст один у меня и у лета,

День ото дня понемногу мы стынем,

Небо могучего синего цвета

Стало за несколько дней бледно-синим.

Все же и я, и земля, мне родная,

Дорого дни уходящие ценим.

Вон и береза, тревоги не зная,

Нежится, греясь под солнцем осенним.

* * *

Как призрачно мое существованье!

А дальше что? А дальше - ничего...

Забудет тело имя и прозванье,-

Не существо, а только вещество.

Пусть будет так. Не жаль мне плоти тленной,

Хотя она седьмой десяток лет

Бессменно служит зеркалом вселенной,

Свидетелем, что существует свет.

Мне жаль моей любви, моих любимых.

Ваш краткий век, ушедшие друзья,

Исчезнет без следа в неисчислимых,

Несознанных веках небытия.

Вам все равно, взойдет ли вновь светило,

Рождая жизнь бурливую вдали,

Иль наше солнце навсегда остыло,

И жизни нет, и нет самой земли...

Здесь, на земле, вы прожили так мало,

Но в глубине открытых ваших глаз

Цвела земля, и небо расцветало,

И звездный мир сиял в зрачках у вас.

За краткий век страданий и усилий,

Тревог, печалей, радостей и дум

Вселенную вы сердцем отразили

И в музыку преобразили шум.

* * *

Т.Г.

Люди пишут, а время стирает,

Все стирает, что может стереть.

Но скажи,- если слух умирает,

Разве должен и звук умереть?

Он становится глуше и тише,

Он смешаться готов с тишиной.

И не слухом, а сердцем я слышу

Этот смех, этот голос грудной.

* * *

Как птицы, скачут, и бегут, как мыши,

Сухие листья кленов и берез,

С ветвей срываясь, устилают крыши,

Пока их ветер дальше не унес.

Осенний сад не помнит, увядая,

Что в огненной листве погребена

Такая звонкая, такая молодая,

Еще совсем недавняя весна.

Что эти листья - летняя прохлада,

Струившая зеленоватый свет...

Как хорошо, что у деревьев сада

О прошлых днях воспоминанья нет.

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальный сети: