ГлавнаяСтатьиКарельская тетрадь: Линия VT. Часть 1
Опубликовано 27.07.2016 в 08:15, статья, раздел История

Карельская тетрадь: Линия VT. Часть 1

Карельский перешеек — это узкая и не очень-то плодородная полоса суши, в ширину — между Финским заливом на западе и Ладогой на востоке, в длину же — между Невой на юге и водной системой Вуоксы на севере.

Эти места ныне заселены, в основном, питерскими дачниками, — вот и моя дача располагается на достаточно высоком холме, в тени восемнадцати сосен, растущих на моем участке. А холмистая местность, заросшая то светлыми сосновыми, то мрачными еловыми лесами, сменяет плоские ландшафты, чем дальше мы забираемся на север от Петербурга. Карельский перешеек — земля необычная и в природном отношении, и с исторической точки зрения, — и поэтому мне, знающему и любящему эти места с детства, хочется поведать о природной красоте и исторической драматичности этих мест тем, кто здесь никогда не был. Или тем, кому только предстоит узнать и полюбить эти края.

Тревожная таежная природа Карельского перешейка вполне соотносится с тревогой исторического времени и потаенной памятью о тех испытаниях, которые выпали на долю этой земли и ранее населявших ее жителей. Эта земля не одно столетие разрывалась на части, будучи изначально под властью древнего Новгорода, потом под шведами, еще позднее — как рядовая губерния Российской Империи, без каких-либо особых преимуществ, затем — после завоевания Финляндии Александром I — составная часть Великого Княжества Финляндского, а после революции — территория Финляндской Республики, и, наконец, она вошла в состав Советского Союза и теперь является частью территории современной России.

Местные жители не раз вынужденно переселялись с места на место, принудительно меняли свою религию. Память этих мест потому потаенная, что приметы жизни здешних финнов почти до основания, до фундаментов стерты с лица земли. Вот и стоят в заросших цветами и сорняками полях прозрачные тени разрушенных финских хуторов.

Есть и другие приметы той, казалось бы, далекой от нас жизни. С одной стороны, это непривычные для русской топонимики названия немногих избежавших переименования железнодорожных станций, до войны вполне естественно для этих мест звучавших по-фински: Петяярви, Мюллюпельто, Капеасалми, Каннельярви, Лейпясуо, Яппиля... С другой стороны — это разные приметы двух последних советско-финских войн: заброшенные финские и советские ДОТы, финские и советские окопы в лесах, колючая проволока, поранившая не одно вековое дерево на Карельском перешейке... Но об этом я расскажу попозже.

Для меня одним из самых потрясающих следов то ли жизни, то ли смерти на этой суровой земле является длинный ряд камней, находящийся в непосредственной близости от моего дачного дома. Именно вдоль этих камней я частенько гуляю, заходя в ближайший от меня лес.

Вы, наверное, как и я, впервые увидев эти камни, решили, что они имеют чисто природное происхождение и что они оставлены отходящим на Север ледником, как и многие другие валуны, рассеянные по всему Карельскому перешейку?

Однако это не так. Интересен тот факт, что эти камни — рукотворны: они выдолблены финнами из скальных пород на севере Карельского перешейка и привезены сюда за рекордно короткое время (1942 — 1943 годы), а противотанковая оборонительная линия с использованием этих могучих камней (так называемая "Линия VT") протянулась, старательно огибая местные болота и озера, более чем на семьдесят километров — от Финского залива и почти до самого Ладожского озера!..

Продолжение начатой мной "Карельской тетради" следует.

* * *

Суходольское озеро, поле овса,

Знали финских крестьян имена вы.

Лишь далекая ругань охранного пса

Долетит до заросшей канавы.

Где-то дальше должны быть гудки поездов.

Там еще одну строят дорогу

Над Вуоксой. Хоть мало в пути городов,

Путь суровый ведет в Кондопогу…

Затонувшие танки в Вуоксе – глухи,

А над ними – гребцы-баламуты.

За чужие поступки, ошибки, грехи

Как ответишь: за что? почему ты?..

Кто теперь назовет, чтó тут было вчера

И какой нам досталось ценою?

Смутно видно, как в землю ушли хутора,

Смутно слышно – за всей тишиною –

Многозвучие финских крестьянских ребят.

Финский ДОТ стал отхожею ямой.

До сих пор по земле своей финны скорбят –

Той, что мне дорогá панорамой.

ДОТ советский – южней – не дождался врага,

Проезжаем за ДОТом село мы.

Утешительны мирных озер берега,

Рукотворны в лесах буреломы.

Как представить тот быт, тот домашний уют,

Где природа с историей – сонны,

Где по-фински напевно нам птицы поют,

Где высокие сосны – колонны?

Но насколько со сменой границ и имен

(Суходольское – Suvantojarvi)

Оказался и берег, и лес зайклемен?

Ветер с севера кутает в шáрфе.

Постою, помашу на прощанье рукой

И когда-нибудь вспомню об этом:

Как тут в августе пахло травой и тоской,

И блаженным, и минувшим летом…

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальный сети: