ГлавнаяСтатьи Часть 13
Опубликовано 16.07.2016 в 18:45, статья, раздел Арт, рубрика Фотография как метод переживания
автор: Андрей Колодин
Показов: 885

Часть 13

Обогатить теорию светописи своими размышлениями вряд ли получится (да и задачи такой не ставилось!), а вот, глядишь, быть полезным, как подсказка для тех, кто еще не очень в теме, думается, дело посильное. Что называется, проложил в лесу тропинку – поставь вешки для других.

Фото: Виталий Орлов

Вот, стало быть, какая штука получается: сколько ни говори о фотографии – все про жизнь выходит. Ну, во-первых, такое уж это искусство – самым тесным образом с жизнью связанное, как ни какое другое. Во-вторых (а, может быть, как раз, во-первых), как любое другое искусство, светопись отражает человеческие переживания, проистекающие из бурного источника под названием Жизнь. Так что, ничего принципиально нового и не сказано. Но вот напомнить друг другу об этом (на всякий случай!) – дело полезное. Иначе, поостыв в чувствах, можно незаметно для самого себя начать потихоньку принимать участие именно в девальвации фотографии, до которой и без нас охотников хватает. А происходит это (и без нашего усердия) по причине кажущейся доступности нашему брату этого вида пластических искусств для самовыражения. То есть, опять же, из-за нашего легкомыслия и чужого высокомерия. Круг, таким образом, замкнулся. Но ведь ради того, чтобы его, порочный, разорвать, мы ведь и собираемся привычно под вывеской «Фотография как метод переживания»…

Фото: Николай Велицкий

…Есть такое железное правило в нашем деле: не уверен – не нажимай на кнопку. Оно работало непреложно в эпоху аналоговой (пленочной) фотографии – хотя бы из соображений экономии: когда у тебя в кассете всего 36 кадров, не очень-то подмывает распоясаться. Когда же в запасе четыре «гига» - как-то вольготней себя чувствуешь. Ну, и не сильно напрягаешься. А надо бы! Надо не позволять себе постреливать камерой направо и налево – это профессиональное хулиганство, а то и бандитизм. Кстати, об этом еще Картье-Брессон предупреждал задолго до рождения цифровой фотографии. Он говорил о творческой дисциплине, о которой мы, «фотобандиты», порой и не слыхивали.

Фото: Полина Петухова.

Что происходит, когда попирается этот неписаный профессиональный регламент? «Память замусоривается», как выражался НСВ (говорил он, разумеется, не о карте памяти, хотя теперь и это надо иметь в виду). Сознание расплавляется, и тебе уже не сосредоточиться в полной мере на главном – на «решающем моменте» (термин, введенный в практику самим великим фотографом). Мы уже достаточно рассуждали о необходимости оставаться в предельном напряжении во время всей съемки. Непрестанное клацанье затвором, как можно догадаться, к этому явно не располагает. А как же в репортаже, когда, что называется, по определению надо строчить, как из автомата Калашникова? Помнится, мы, «пленочники», как-то умудрялись не делать этого, заботясь о том, чтобы в самый удобный момент успеть перезарядиться. И, видит Бог, результаты были неплохие – это подтвердит любой репортер старой школы. Тут другая незадача: приходится регулярно наблюдать, как во время репортажной съемки иной фотограф, сделав кадр, тут же просматривает его на дисплее камеры. Понятое дело, пропуская секунды, за которые, может быть, и рождается тот самый искомый решающий момент! Такая вот, простите, тривиальная глупость. Которую провоцируют «издержки цифры» - т.е. ее неоспоримые преимущества. (Подумать только!..)

Фото: Сергей Самойлов.

(Несколько слов считаю необходимым сказать вот о чем. Память хранит не очень приятные для нее эпизоды, когда «люди со стороны» саркастически хмыкали, если в их присутствии с профессиональным благоговением произносилось слово «великий» в адрес фотографа, вписавшего свое имя в историю светописи. Откровенно скажу, сам решительно не приветствую превосходные степени, когда речь заходит об известных персонах в той или иной области. Тем паче забавно звучат с экрана телевизора – нашего главного учителя! – словосочетания типа «выдающийся ученый Ломоносов» и «великая певица…», далее следует имя нашей популярной современницы, представляющей шоу-бизнес. Но великим Анри Картье-Брессон назван здесь сознательно и в полном соответствии с глубоким личным потрясением от его творческого наследия. Впрочем, до меня это успели сделать очень многие и очень авторитетные в мире искусства специалисты).

Фото: Ольга Савченко Фото: Ольга Савченко

Когда мы размышляем о светописи, вольно или невольно, сознательно или неосознанно мы пытаемся определить для себя ее границы как искусства. Происходит это прежде всего потому, что фотография признается самым массовым искусством. Но под термином «массовое искусство», прямо скажем, разумеется нечто не очень духовно высокое. Живопись, к примеру, явно «проигрывает» фотографии по части несметного количества участников процесса созидания и преумножения художественных ценностей. Смех смехом – а как быть-то? Ну, наверное, для начала – не суетиться. А, участвуя в нашей заочной беседе, спокойно отслеживать движение собственной души, все же склонной к резонансу, если ее что-то взволнует. Она ведь, родная, чуткая!..

Фото: Антон Михайлов

Наверное, не будет лишним заметить, что «фото – это медиум, который разделяет этого там нет, но это там было». Постараемся, поборов свое недоумение, понять, что стоит за этим загадочным высказыванием Ролана Барта, уже упоминавшегося нами автора глубокого исследования Фотографии. Это он о природе светописи. О ее непредсказуемости, о ее тайне (и мы знаем – не он один об этом!). Барт убежден, что фотограф не должен предлагать зрителю «запечатанное» произведение, где нет места для зрительской фантазии. (Не будем забывать, что первыми зрителями наших работ являемся мы сами). Он предупреждает: «По-настоящему волнующие зрителя фотографии представляют собой не готовый продукт, полностью переваренный его изготовителем, а полуфабрикат, дающий публике ключ к поэзии, а не саму поэзию». (Порадуемся лишний раз слову «поэзия»). В самом деле, переваренная пища несъедобна, тут уж не поспоришь! И тогда солидаризуешься с автором в его решительном заявлении: «Одна фотография во мне совершается, а другая – нет».

Фото: Анна Бочарова

А теперь попробуем этак навскидку припомнить те фотографии, которые в нас совершились. И мы обязательно припомним те, которые возбудили наши фантазии (читай, переживания). Как если бы мы прочитали интересный рассказ, цепко завладевший нашим воображением. Об этом же Роберт Пледж, президент фотоагентства «Контакт пресс»: «Фотография – как литература, здесь есть место и игре слов, и тому, что ты хочешь сказать и как ты хочешь это сказать. А результат напрямую зависит от того, кто пишет». Получается, от нас с вами…

Фото: Николай Велицкий

Так где же проходит граница художественной фотографии? Да ровно там, где заканчивается предмет съемки и начинается образ. А он, как мы знаем, может очень далеко отстоять от реальности. Причем, настолько далеко, что сам объект съемки – предтеча образа – уже перестает учитываться сознанием.

Фото: Антон Михайлов

В качестве неоспоримого доказательства такого положения вещей хочется привести один случай, одинаково курьезный и поучительный. На очередной встрече в нашей студии возник повод порадоваться за фотографиню, которая делает свои первые шаги в творчестве, но делает их, надо заметить, очень уверенно. (В том числе и в репортажной съемке – она как раз вернулась с масштабного городского праздника). Смотрю на «плазму» и не нахожу слов, чтобы отблагодарить автора за доставленное удовольствие от созерцания женского портрета в палевых тонах обрамляющего лицо «газового» платочка. Говорю о несомненно состоявшемся образе одухотворенной женщины, нежной и трепетной, застигнутой камерой в момент наивысшего проявления неких смутных чувств, дающих мощный импульс собственным размышлениям и – да, переживаниям! И не узнаю в героине снимка… свою внучку. Да так и не узнал бы, если бы она не пришла на следующее занятие (из любопытства - чем это там дед занимается?) и не огорошила бы при повторном (от желания еще раз получить эстетическое наслаждение) просмотре фотографии: «Это же я!» То-то потешились слушатели… Остается только добавить (чтоб уж совсем оскандалиться): моей внучке 14 лет (!)

Фото: Светлана Разумовская

А еще не утерпеть заметить, что наша, отечественная, светопись, особенно, если это касается портрета, всегда будет отличаться особой одухотворенностью образа. Это давно аксиома, с которой привычно соглашаются именитые фотографы за рубежом. Да и не только фотографы. Вот и сэр Уинстон в присущем только ему стиле вдругорядь вносит свою заметную лепту в наши беседы, размышляя о русской душе, «завернутой в загадку и помещенной в головоломку»…

Фото: Ольга Савченко

Фото: Павел Шепелев

Фото: Алексей Гелеван.

Фото: Антон Михайлов

Фото: Наталья Соколова

Фото: Михаил Федотов

Фото: Светлана Сомова

Фото из архива Дома творческой фотографии "МЫ" имени Александра Овчинникова.

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: