ГлавнаяСтатьиЧасть 5
Опубликовано 20.05.2016 в 17:15, статья, раздел Искусство, рубрика Фотография как метод переживания
автор: Андрей Колодин
Показов: 1863

Часть 5

Обогатить теорию светописи своими размышлениями вряд ли получится (да и задачи такой не ставилось!), а вот, глядишь, быть полезным, как подсказка для тех, кто еще не очень в теме, думается, дело посильное. Что называется, проложил в лесу тропинку – поставь вешки для других.

Образ. Чем глубже проникаешь в это понятие, тем сильнее ощущение, что само это понятие все быстрее ускользает от твоего сознания. Этот парадокс вовсе таковым не покажется, если вспомнить, как согласованно мэтры фотографии настаивают на том, что рассудком образ не осилить. И определение ему дать тоже не представляется возможным – все по той же причине. И как же быть? Как вообще можно двигаться по ориентирам, если последние не читаются в сумерках нашей творческой некомпетентности? Опять парадокс: чтобы разглядеть вехи, надо поднатореть в творчестве, а это оказывается возможным только, если двигаться строго по ним. Но ведь искусство вообще по большому счету безрассудочно – то есть парадоксально.

Фото: Юлия Подгаецкая

Один видный богослов заметил, что в религии много необъяснимого, но нет ничего бессмысленного. Если в этой сентенции заменить слово «религия» на слово «искусство», получится очень подходящая формула. Если же кому-то этот творческий акт покажется сильно спекулятивным – то вот Андрей Тарковский: «Художник, не имеющий веры, подобен слепорожденному живописцу... Мы давно стали бы ангелами, если бы были способны, внимая, узнавать опыт искусства и меняться в зависимости от нравственных идеалов, выраженных в творчестве… Искусство нужно человеку, чтобы духовно воспарить, возвыситься над самим собой, используя свою свободную волю… Если мир в порядке, в гармонии, он не нуждается в искусстве. Можно сказать, что искусство существует лишь потому, что мир плохо устроен». А теперь, ошеломившись прочитанным, примем на душу следующее «определение», данное тем же автором: «Художественный образ – своеобразный улавливатель абсолюта. С помощью образа удерживается ощущение бесконечного…»

Фото: Роман Тихомиров

Ну как? А мы говорим: «Подумаешь – фотография! Каждый может…» Точно, каждый. Каждый, кто испытывает «вечную и неутолимую тоску по духовности, идеалу, собирающей людей вокруг искусства» (все тот же Андрей Арсеньевич). В нашем случае – вокруг искусства светописи.

А вообще, самым удачным, если не единственно возможным «сертификатом» принадлежности к высокому искусству, думается, может хорошо послужить мысль, обнаруженная в книге «Поэтика фотографии» (авторский тандем Михалковича и Стигнеева): «Настоящее произведение искусства поражает нас глубиной и мощью собственного душевного отклика». Это, конечно, при условии незачерствелости души…

Фото: Павел Ропшин

В самом деле, очень даже нередко ты не в состоянии объяснить свое нешуточное волнение при созерцании некой картины, чтения какого-либо стихотворения, прослушивания симфонии или просто песни, просматривания захватившего тебя кинофильма. Причем, волнение это может иметь чисто физическое «исполнение» - мурашки по всему телу, повышенное сердцебиение, да просто тривиальные, казалось бы, безпричинные слезы. «Человек – тварь эмоциональная!» - говаривал, мягко усмехаясь при этом, Александр Исаакович Овчинников, выдающийся мастер отечественной фотожурналистики, человек, имя которого носит наше творческое объединение. Говаривал так, потому что прекрасно понимал, что без собственного нравственного напряжения ни за что не создать фотографию, которая бы в свою очередь вызывала элементарное нравственное потрясение или хотя бы повышенный интерес у зрителя.

Фото: Стас Николаев

Говоря о сильном впечатлении, вызывающем откровенные переживания, которое способно спровоцировать фотоизображение, надо отдавать себе отчет в том, что оно вовсе не обязательно должно быть результатом фиксации какого-либо события или внятного факта (а ведь именно этого ждет от снимка любопытный и незатейливый зритель!). Тот же самый Анри Картье-Брессон (НСВ – принятая в литературе французская абревиатура) никогда не снимал событие как таковое. На его снимках совсем другое, для чего даже слово «ситуация» окажется чрезмерным. Его снимки сильны впечатлениями – они словно отголоски, эхо события или факта, что, как мы теперь знаем, его ни мало не интересовало. Собственно же конкретика всегда оставалась за кадром и оказывалась лишь поводом для создания фотографии.

Фото: Ольга Лиманская

А потому не будем спешить с сакраментальным зрительским вопросом – а что автор хотел этим сказать? Ответа на него нет и быть не может. Если бы хотел что-то сказать, то взял бы и сказал. И это было бы информацией. Ради нее не создавалось ни одно произведение искусства. Здесь в самый раз заметить, что автор - лишь ретранслятор. И это никак не привилегия, а непосильное порой бремя. Потому что художник – не владелец, а носитель своего таланта. Андрей Тарковский: «Духовную, нравственную культуру создает не человек, талант которого случаен, а народ, исторгающий независимо от собственного желания из себя личность, способную к творчеству, к духовной жизни. Талант принадлежит всем, а носитель его так же ничтожен, как и раб… Талант – несчастье, ибо с одной стороны, не дает никакого права на достоинство или уважение, с другой же – возлагает огромные обязательства…».

Фото: Полина Махмудова Фото: Юлия Васильева

Нас же, бесчисленных фотографов, достоинство раба ну совсем уж не устраивает. Да и об обязательствах как-то нечасто размышлять приходится. И уж никак нам не смекнуть, что в этом случае мы своим личным участием в массовом фотографическом творчестве (или в том, что таковым называется) наносим серьезный ущерб: ведь на нас, популярных фотохудожников, начинают ориентироваться те, кто еще алкает популярности. А ведь последствия такого положения вещей, как ни отмахивайся, просто ужасны. Для верности – все тот же непререкаемый авторитет: «Художник – всегда слуга, пытающийся как бы расплатиться за свой дар, данный ему как чудо!.. Художник стал относиться к таланту, который ему дан, как к своей собственности. А отсюда появилось право считать, что талант ни к чему не обязывает. Этим объясняется та бездуховность, которая царит в современном искусстве». И уж чего-чего, а массовой фотографии, прикидывающейся искусством, это касается напрямую! (вспомним «приговор» Лапина…)

Фото: Кирилл Рогов

«Так что ж, теперь и камеру в руки не брать?!» - вот уже слышится чей-то растерянный (или негодующий?) голос. Да нет, конечно, так вопрос не стоит. Все дело в том, чего ради это делать. Если с целью пополнить свой семейный альбом – флаг в руки! Кто тебя осудит, если что не так, кроме, разве что, родственников? Совсем другое дело, если позиционировать себя в качестве «профессионального фотографа, предлагающего услуги» или (еще хуже) автора персональной выставки, собирающей хоть какую-то зрительскую аудиторию. Тут уж по Лапину: «Не следует ли спросить у себя однажды – а зачем, собственно, я снимаю, что хочу сообщить людям своего, наболевшего». Чтобы часом не произошло то, что в свойственной им манере подметили «Уральские пельмени»: мысль о том, что это не мое, пришла на второй день после покупки «зеркалки».

Фото: Эльвира Грималовская

Фото: Иван Андреев

Фото: Светлана Бараньски

Фото: Дмитрий Лугин

Фото: Павел Шепелев

Фото: Василий Кустов

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: