ГлавнаяСтатьиГолые или гордые? Играем в любовь
Опубликовано 26.05.2016 в 16:15, статья, раздел Жизнь, рубрика Homo Ludens. Человек Играющий
автор: Михаил Штиллер
Показов: 466

Голые или гордые? Играем в любовь

Дорогие мои читатели! Я решил сместить акценты в планах на статьи, потому что весна в самом разгаре, и всплыла новая тема: тема любви. В игровой культуре в принципе любовь – основная движущая сила. И смерть. Эрос и Танатос, два брата или две сестры, кому как нравится. Терри Пратчетт считал, что Смерть - это мужчина. Впрочем, немцы тоже так полагают: der Tod - мужского рода. Зороастрийские Ормузд и Ариман, вечная дуальность Добра и Зла, Бытия и Небытия, Духа и Материи… Человек вообще склонен делить все пополам, но пополам – не значит поровну. И потому нам мало любви в повседневной жизни. Мы ее откладываем, да откладываем, а потом приходит Смерть.

Любим или играем?

Вопрос сложный. Спустя тридцать лет, супруги все еще любят друг друга или просто привыкли, и любовь плавно перелилась в дружбу? «Недолюбленные дети» - откуда они? Что такое вообще любовь, если для полового влечения есть слово «страсть», для процесса реализации этой самой страсти – «секс», для поверхностной любви – «влюбленность»? Вопросы существенные. Ревность – часть любви или ее противоположность? Измена бывает или духовная или только плотская, и какая считается изменой в принципе? Свободная любовь… ну, это вообще отдельная песня, знакомая антропологам, культурологам и этнографам как «промискуитет». А любовь родителей к детям и наоборот – это вообще любовь?

Засыпал я вас вопросами, которые вы и сами себе наверняка задавали. И ответа на них не нашли. Так и я – не панацея. Однако же попробую объяснить свое понимание всего этого моря розовой пены, слез, поцелуев и героических поступков, а также грязных кастрюль и звонких оплеух. Любовь – это состояние души, когда человек восторгается наличием в мире другого человека настолько, что перестает замечать его недостатки, а каждый его поступок воспринимает как идеальный. И, конечно, основным желанием становится быть рядом с этим человеком, или если вдалеке – то постоянно. Чего тут проще-то? Дальше уже включаются разновидности «собственник»- «альтруист», «активный»-«пассивный» в деле добывания искомого человека, «страсть»-«платоническая любовь» и прочие дополнительные функции. А чистая любовь – вот она, такая. Искренняя радость от наличия человека в мире.

Но ведь мы не в состоянии поддерживать эту любовь в первозданном виде! Мы на нее накручиваем такой дряни, таких конструкций умозрительных, что она либо лопается как воздушный шарик, либо начинает чахнуть, портиться и ломаться, либо выживает, но превращается в чудовищного монстра. В последнем случае люди, прикованные друг к другу такой любовью вполне могут друг друга же и порешить в порыве ревности, например. Это больная любовь, или, как скажут вам психологи «нездоровая».

Самый распространенный пример – гиперопекающая мама, любящая своего ребенка пуще всего света, и готовая переломать ноги другому ребенку за синячок на своем чаде. Не могу не процитировать пару постов из одного «мамского» паблика, раздерганные уже на крылатые фразы: «Мой годовасик - тугосеря. Что только не делала, но покаки получаются плохо. Кушает сисю, прикармливаю кашками и пюрешками. Регулярно пропукиваю ребеночка» и «Засеря закозюлился, не знаем уже что делать. Когда мы с папочкой запузячивали пузожителя, я очень боялась сопелек и козюлек. Может быть, все дело в сисечке-кормяшечке? Ляля очень любит кушать сисю».

Если вы пили кофе и поперхнулись, прошу меня извинить.

Так вот, это – отвратительный пример (да-да, отвратительный) любви-сращения, любви-сверхигры, когда игрок заигрывается другим человеком до такой степени, что краев уже не видит. А младенец, как в данном случае, не может от этого безобразия отказаться, чем его мать и пользуется. К счастью, имбецильные советы относительно: «у ребенка «щетинка», потри грудным молоком и пройдет» или «если не пеленать – кривые ноги будут», остались только в совсем уже темных семьях. А то ведь так можно дитятю и до смерти залюбить, «пропукивая». В общем, я к чему: если человек начал играть в других людей, он будет продолжать это делать. Он будет клепать себе новые и новые маски, манипулировать, решать за других, лгать, веря себе самому. Мне бы очень не хотелось, чтобы мои читатели внезапно обнаружили, что они – такой вот игрок, а, еще хуже - игрушка в чужих и не очень аккуратных руках. Но если это все-таки произошло, еще есть шанс все исправить.

Лав-стори в дурацком

«Прекрасная герцогиня Аделаида Гессенская взглянула на сэра Роберта с укоризной: - Как вы могли, сэр Роберт, как вы могли жениться на мой сестре? – Но я думал, что вы умерли, дорогая!.. Рыдая, прекрасная Аделаида убежала в замок, а сэр Роберт, в глубоком раздумье и раскаянии, повернул коня прочь. Его юная жена была ведьмой»

Эта история могла бы быть правдой не один раз и даже не десять, потому что ролевая культура предполагает модификацию не только исторических и политических событий, но также и экономики, религии, войны и любви. Любви – особенно. В ролевых играх живого действия любовные истории (лав-стори, love-story) называются «личка», а играть в душевные переживания – «жрать кактусы». Последняя фраза не лишена смысла, потому что есть забавная фраза о том, что «мыши плакали, кололись, но продолжали жрать кактус», так это – ее усеченный вариант. А «личка» - это, как правило, не только нежные речи и любовь: это страдания, ревность и интриги. Как в жизни, но только более романтично и гораздо насыщеннее. Ужасно интересный процесс.

Психологи – куда без них? – называют желание сыграть что-то такое-этакое «незакрытым гештальтом». В жизни не удалось испытать сильные переживания – человек ищет другой источник. И вправду, если самым сильным впечатлением от свадьбы был упавший лицом в винегрет дядя Вася, а самым роскошным подарком – букет из тридцати кенийских роз-недомерков, то… ну, сами понимаете: ночные скачки на лошадях, бурные объяснения с предложением руки и сердца на берегу моря, похищения, старые няньки-дуэньи, коварные мавританцы и остальное, в духе Шекспира.

На этом месте все обычно кричат: «Аа-а, ролевые игры – это эскапизм, побег от действительности в мир иллюзий! Ужас-ужас!», а на самом деле это очень здорово: убежать от это довольно-таки безрадостной действительности. Даже самые размещанистые мещане регулярно валят из серых будней на юга: иллюзия собственного благополучия, иллюзия отдыха, богатства, довольства жизнью. И возвращаются оттуда освеженными, как ни странно. Из игры люди тоже возвращаются обогащенными духовно и эмоционально. Страхи о том, что человек в игре так и останется – беспочвенны: из игры не выходит примерно такое же количество человек, как остается в Турции на ПМЖ после отпуска.

И вот еще классный момент: на юг мы тащим свои старые шмотки. В игре же иллюзия подкрепляется внешними факторами (антураж и отыгрыш, помните, я писал об этом?): роскошные бархатные и шелковые наряды, высокие сапоги (для мужчин), тонны драгоценностей и короны (для всех), огромные шлейфы, королевский горностай, суровые доспехи… Попробуй, походи в таком в наше время! А в ролевой игре – можно. Сбываются мечты детства о пиратах, ковбоях и мушкетерах. Вживую сбываются, не понарошку. От этого трепещет сердце и хочется прыгать от счастья, как в блаженные и беспечные двенадцать лет.

Эмоциональные конструкторы

Игровая реальность очень упряма и склонна игнорировать неудобные моменты реальности вплоть до полного выключения. Особенно, если это касается любви. Самый распространенный пример – это созависимые жены и дети алкоголиков. Сколько бы батя ни пил, всегда найдется повод его оправдать, не так уж сильно пахнет блевотина, шапку мы новую купим, а фингал под глазом замажем тональным кремом. «Все у нас прекрасно!» (с)

Впрочем, и не у алкоголиков то же самое. Предмет влюбленности у нас воображаемо наряжен во все мыслимые и немыслимые достоинства. то есть мы не только на себя маску надеваем, но и на него тоже. И не просто маску, а настоящий иллюзорный водолазный костюм. Для этого совсем необязательно играть в ролевые игры, достаточно просто влюбиться. Этот факт, кстати говоря, и объясняет легкость вхождения в ролевую игру любого человека: он это сотни раз уже проделывал – маскировался, влюблялся, рядил возлюбленного в одежды славы и все такое прочее. Единственная разница: в реальном мире все происходит бессознательно, а в мире ролевой игры – осознанно. Что ставит вопрос: какой же мир более реален, а какой - иллюзорен?

И тут мы приходим к неизбежному выводу, что в игровой культуре, так же, как и в повседневности, мы используем некие универсальные эмоциональные конструкторы. Мысль, вроде бы, очевидная, но упорно отпихиваемая людьми. Что понятно: обидно осознавать, что ты чаще играешь в любовь, а не любишь. Обидно сознавать, что тобой чаще всего манипулируют, а не дарят свое расположение. Манипуляция в реальном мире – это аналог бойцовского клуба: она есть, но о ней нельзя говорить. И мы стыдливо прикрываем ее видимостью любви. В игре мы сразу знаем, что видимость любви – это и есть видимость любви, и никто не собирается заниматься настоящим сексом или жениться после окончания сценария. И это, как минимум, честно. А с точки зрения психологии, так еще и оздоравливает: без ущерба для репутации в реальном мире мы можем закрыть эти свои болезненные гештальты – незавершенные дела, несказанные слова, нереализованные мечты – и со свежими силами продолжать жить дальше. Любить надо уметь, и игровая культура этому учит.

Если хотите посмотреть эмоциональный конструктор вблизи, обратитесь к моей статье про ролевые архетипы, там все расписано. Выбираете свой тип кирпичиков, и из них уже строите коммуникации. К примеру, благородный рыцарь наверняка безответно и платонически влюбится в прекрасную замужнюю даму, будет совершать в честь нее множество подвигов и трепетать от прикосновения края ее шарфа. Вместе с тем он, скорее всего, будет заниматься сексом с трактирщицами, а после каяться святому отцу. Возможно, что он будет хранить верность своей даме и посылать ей с пажами длинные письма. Возможно, он решит отречься от мира ради более великой любви и уйдет в монахи. Возможно… Эмоциональный конструктор позволяет вам построить ту модель жизни, в которой вам комфортно. А потом можно ее разрушить и пересобрать. И так – сколько угодно раз. Надоест один конструктор, можно взять другой. Это бесконечный инструмент для самосовершенствования, безграничные возможности попробовать себя в тех линиях бытия, которые не реализовались по тем или иным причинам. Пробуйте, конструируйте, живите десятками своих, но других жизней. Игровая культура открывает нам тысячи дверей в другие миры, и если вас мучило что-то несделанное и несказанное, какие-то упущенные возможности, то знайте: ничего на самом деле еще не упущено, все можно вернуть и прокрутить так, как вам хочется.

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальный сети: