ГлавнаяСтатьиРолевые архетипы. Во что мы играем?
Опубликовано 7.04.2016 в 08:00, статья, раздел Жизнь, рубрика Homo Ludens. Человек Играющий
автор: Михаил Штиллер
Показов: 1013

Ролевые архетипы. Во что мы играем?

Коль скоро мы разобрались, что просветленных цельных личностей в нашем обществе единицы, а все остальные так или иначе играют, давайте разберемся с вопросом крайне насущным: а во что мы все играем? В кого? Кем хотим быть, и какие роли нам навязывают? Вопрос не праздный: играя навязанную роль, мы долго терпим, мучаемся, страдаем и лжем, а под конец либо тихо угасаем как самостоятельная личность, либо рвем все узы и пускаемся в реализацию мечты. Как Гоген, к примеру.

Принцессы и короли

Сейчас я буду писать неприятные вещи. Прямо скажем, вещи гадкие. О таких в приличном обществе говорить не принято. О принцессах и королях я буду говорить, о воображаемых коронах и гендерных различиях. Давайте сначала вспомним две фразы: «Ну, ты мужик!» и «Ну, ты и баба!» Первая, как всякому русскоязычному человеку понятно, выказывает одобрение с оттенком зависти, вторая – порицание с оттенком презрения. Почему? Да потому что в нашем обществе в силу ряда причин, указывать которые я не буду, чтобы не оскорблять чувства некоторых наших сограждан, женщина стоИт много ниже, чем мужчина. То есть тут как бы, с одной стороны, ее слабость и беспомощность считается социально одобряемым поведением, а с другой стороны – женщину за это же самое и презирают, как существо несамостоятельное и глупое.

Несомненная эта дихотомия приводит к тому, что даже самая помешанная на деторождении и кухарничании женщина, хотя бы раз на заре своей юности мечтала быть мужчиной. Фрейдистские бредни ниже пояса мы опустим, поскольку дело тут в разнице социальных статусов: и ребенку-девочке не понять, почему он хуже, и почему ее удел – сидеть, ждать и прясть пряжу, а удел ее брата – весело бряцать оружием, путешествовать, пить и портить селянок. Потому вопрос об идее принца в голове у принцессы не обсуждается. Поняв, что путешествовать не суждено, принцесса смиряется и превращается в манипулятора, обвешанного набором социальных штампов и стереотипов. Но мечта-то была! Был мечта. С мальчиками все еще хуже: воображать себя принцессой, чтобы блистать на балах и покорять сердца, а не города – это уже не хиханьки, это обществом воспринимается как сексуальное отклонение и буэ. Тут мы, конечно, не вспоминаем ни красные каблуки Людовика XIV, ни щеголей времен барокко, ни расфуфыренных как павлины денди с воротниками выше ушей.

Мы же суровые мещане, у нас джинсы, майки-алкоголички, одежда оттенков грязи и никаких там вам изысков. Так я это все к чему? Человеку свойственно хотеть быть тем, кем он ну никак стать не сможет. Так колясочник мечтает быть спецназовцем, слепой мальчик – полицейским, многодетная домохозяйка – звездой балета, а ее супруг-толстяк – новым Халком. Футболиста я имею ввиду. Мы все о чем-то мечтаем, и чего-то не можем: в силу возраста, пола, веса, роста, цвета кожи, физиологических особенностей и даже финансов. Ну, вот никак. И забыть мечту – никак. И тогда мы начинаем играть. Кто в своем воображении, а кто и всерьез.

Стартовый набор мечтателя

Вы удивитесь, но при всем кажущемся разнообразии игровых фантазий, у нас не так много вариантов. Подобно Юнгу я назову их ролевыми архетипами, а вы можете попробовать найти среди них тот, в котором, как муха в янтаре, застряла ваша мечта. Этот набор архетипов чем-то поход на карточную колоду, что совсем не случайно, но об этом мы поговорим позже.

1. Король

Начнем с тяжелой артиллерии. Король – фигура значимая, это стратег и тактик в одном лице, военачальник и судия. Обычно такую роль стремятся занять люди униженные и оскорбленные, всеми гонимые, неуверенные и болезненные. В игровой среде вы всегда можете встретить таких тоненьких, колеблемых ветром юношей, с головы которых на уши сползает венец, а меч они даже и поднять не могут, если только он не из пенорезины. Однако после игры след королевского достоинства в поведении все же остается: кому-то на пользу идет, кто-то, напротив, не может расстаться с иллюзиями своей мощи. Для кого-то – импульс к развитию, для кого-то – щит от насмешек. Как вы понимаете, в категорию королей попадают все руководители: от Артура и Цезаря до главы клана орков или начальника атомного убежища.

2. Королева

Женщины страдают не меньше мужчин. Дома она – мать троих детей, перегруженная стиркой, уборкой, супами-кашами, походами к врачу и в магазины. И работа, а то и две. И во всей этой круговерти женщина начинает замечать, что теряет себя. Застиранные халаты, расплывшаяся фигура, воронье гнездо на голове… А была красавицей! И вот оно, спасение: мать-королева. В шелках и бархате, всеми почитаемая и властная, коварная как Мария Медичи и благосклонная как Елизавета Вторая. Ради этого стоит поехать на неделю в лес в костюме, на пошив которого ушли все отпускные. В ставке «Корона vs. Кастрюля» однозначно побеждает первая. Лайт-версия – это надеть трикотажное платье в обтяжку под леопарда, напиться с подругами в баре и поприставать к стриптизеру или таксисту. Но это уже, как вы понимаете, суррогат. Те же, кто выбирает кастрюлю, с такой агрессией защищают правильность своего выбора, что вызывают не подозрения, а уверенность: и то правда, потеря любимой иллюзии может обесценить всю жизнь.

3. Рыцарь

Самый распространенный архетип. Рыцарь часто ни от кого не зависит, сам себе господин, может убить любого, кто не убьет его самого. Рыцарь красив и благороден, силен и могуч. Рыцаря все любят, он несет правду и справедливость на острие меча – неважно, на темной он или светлой стороне, правда у каждого своя. Рыцарем хотят быть и девочки, и мальчики. Рыцарь не нуждается в поддержке, он сам по себе – сила. Он принимает решения сам, то, чего нам всем в жизни не хватает: за нас решают все – от номера детского сада, куда мы пойдем, до того, что надеть, с кем стоит дружить, как сделать ту или иную работу. В нашей реальной жизни мы беспомощны как котята. Это еще Воланд отметил:

"– И мне жаль! – подтвердил неизвестный, сверкая глазом, и продолжал: – Но вот какой вопрос меня беспокоит: ежели бога нет, то, спрашивается, кто же управляет жизнью человеческой и всем вообще распорядком на земле?

– Сам человек и управляет, – поспешил сердито ответить Бездомный на этот, признаться, не очень ясный вопрос.

– Виноват, – мягко отозвался неизвестный, – для того, чтобы управлять, нужно, как-никак, иметь точный план на некоторый, хоть сколько-нибудь приличный срок. Позвольте же вас спросить, как же может управлять человек, если он не только лишен возможности составить какой-нибудь план хотя бы на смехотворно короткий срок, ну, лет, скажем, в тысячу, но не может ручаться даже за свой собственный завтрашний день?"

Рыцарь же, если у него нет сюзерена, сам себе хозяин – это и марвеловский Человек-паук, и спецназовец,попавший в Средневековье, и Илья Муромец, и любой другой герой-одиночка. В игровой культуре для него даже есть термин: «приключенец», который в расшифровке не нуждается.

4. Принцесса

Несмотря на вековечную мечту мужчин о тургеневской барышне, нежной, как лилия, женщина в современном мире вынуждена быть чуть ли не «железной леди», при этом усиленно прикрываясь личиной мягкой и беззащитной дурочки. Самое смешное, что мы, мужчины, так хотим видеть рядом нечто опекаемое, что свято верим: наша подруга именно такая и есть. Лилия, кисея и зефир. Женщина же, таща на себе непосильную трудовую ношу, лилией и зефиром себя не чувствует, а так хочется! Потому и играет в принцессу в жизни, а если не получается – едет на ролевой фестиваль, участвует в игре или выбирает амплуа инженю в театре.

5. Шут, вор и трикстер

«И что это ты у нас серьезный такой?» - спрашивал свою очередную жертву Джокер. А и действительно, что это мы такие мрачные да неулыбчивые? Нас вынуждают быть серьезными, и даже иностранцы замечают, что суровость российских лиц переворачивает их представление о том, как должна выглядеть приветливость. Мы вообще все всерьез воспринимаем, поэтому и шутки русские – это вам не английский тонкий юмор. У нас сразу в лоб, чтобы понятно стало, и никаких разночтений. Но многим хочется сбросить с себя унылый офисный костюм и постную рожу, блеснуть остроумием, хоть на пару дней стать квинтэссенцией игры, трикстером-насмешником. Шуты, скоморохи, клоуны – отдушина для личностей веселых, но скованных правилами. В жизни им удается оторваться только на корпоративах, поразив окружающих разудалыми песнями и плясками. Но тут ведь и до увольнения недалеко, да и перед коллегами в понедельник стыдно.

6. Священник

Священник – он как отец, мудрый и почти непогрешимый. Когда тебя не слушают, или твоим словам не верят, или пропускают мимо ушей, то хочется достроить мир самосознания именно таким вот способом. Священник имеет прямой канал связи с Богом, его слушают и нищие, и крестьяне-простецы, и короли перед ним склоняются. Священник знает, где правда, а где ложь, и всегда отличит ведьму и вампира в толпе. И толпа ему поверит. Мудрость, чистота, спокойствие и власть: то, чего не достичь в нашей суетной жизни… Те, кого не слушают дома даже собственные дети, переоблачаясь с рясу, кардинально меняет отношение мира к себе и себя – к миру.

7. Мудрец, отшельник, нищий

Обычно эту маску примеряют изъеденные повседневной суетой люди. Постоянно окруженные пациентами врачи, детьми – педагоги, читателями – библиотекари, клиентами – официанты… Дома очень сложно поставить заглушку на все социальные связи, хотя многие и пытаются. Игра искомую возможность дает: без нужды никто не тронет отшельника, а если тот откажется от общения – никто не осмелится такового добиваться.

8. Мечтатель, поэт, бард

Здесь немного сложнее и даже, как бы сказать, обиднее. Поэтов на игре обычно играют поэты. Те, кого никто не слушает. Мечтателем быть довольно просто, но, в целом, это роль для тех, кто и так уже живет под маской мечтателя. Именно под маской, на деле таковым не являясь. Если вдруг вы решите, что этот архетип – то, что вам нужно, стоит пересмотреть свою систему ценностей, и удостовериться в выборе окончательно.

9. Торговец, трактирщик

У этого архетипа все наоборот: работа или образ жизни располагает к одиночеству и замкнутости. А у человека характер веселый. И тут он либо идет на курсы поваров и там оттягивается, весело строгая салат и угощая им старушек из богадельни, либо нанимается массовиком-затейником, либо же играет в игры. Много еды, много товара, много людей вокруг. Кто-то голоден, кто-то хочет пить, а у кого-то последние штаны отобрали бродяги – всем трактирщик поможет, и поможет не забесплатно. Этот архетип берут себе еще и неудачливые торговцы, наподобие низовых менеджеров сферы MLM, многоуровневого маркетинга. Торговец, он же трактирщик, часто реализуется в сфере компьютерных или карточных игр, суть которых – набрать побольше полезных вещей, обменять их с выгодой, обменянное продать, купить что-нибудь важное, с его помощью добыть ресурсы, что-то построить, там произвести некий продукт, продать его – и так по кругу. Узнали себя? И немудрено, это самый распространенный архетип.

10. Крестьянин

Люди с нереализованным желанием заботиться о ком-то, как правило – бездетные. Они усиленно опекают всех, кто попал в их сферу влияния, но, в отличие от королей и королев, ничего не требуют взамен. Удивительно, но именно эти люди сутками сидят у костров, готовя еду, они моют посуду и штопают камизы. В карточных играх именно они поддаются, вытаскивая слабых игроков, иногда себе во вред. Им не в тягость ответственность – они ее жаждут. К сожалению, в реальной жизни им эту ответственность никто не дает: приходится добирать.

11. Ребенок

Ребенка может играть и взрослый человек. Ребенка опекают, его не трогают и не бьют. Он беспомощен, как женщина, но неприкосновенен как король. Возвращение в это уютное состояние для многих крайне привлекательно, но в реальной жизни вхождение в этот архетип приводит к появлению сорокалетних девственников, стервозных одиноких дам, ребячливых глуповатых матрон и прочей такой же прелести. Игра как игра позволяет побыть ребенком определенный период времени, ощутить свою с этим архетипом идентичность и, получив заряд счастья, вернуться ко взрослой, ответственной жизни.

Иногда мы не хотим добра, и переходим на сторону зла: для этого всего-то надо взять ту же колоду, но сменить масть. Темный Рыцарь все-таки остается Рыцарем, а Темный Король, пируя на трупах врагов, все-таки продолжает исполнять королевские функции.

Снимаем маски? Надеваем маски!

Для прояснения ситуации: ролевые архетипы – это не совсем маски. Это как раз и есть та наша глубинная суть, которую мы прячем за многослойностью масок реальности. Обнажаться до натуры мы не можем себе позволить – это удел тех, кто решит подвергнуться глубокой психологической терапии, уйти в монастырь или стать адептом какой-нибудь духовной практики. Все это решения крайние, а у нас много того, что нельзя никак оставить: семьи, работа, хобби, друзья, надежды…

И тогда мы ныряем в толщу масок, до самого дна, и смотрим там на себя. Посмотрев и поняв, выбираем тот архетип, который увидели, и надеваем маску, отражающую этот архетип, на себя. И вот те сотни масок реальности они как бы уплощаются, сходят на нет между двумя нашими лицами – настоящим, глубинным и архетипическим его отражением. На краткое время мы обретаем себя, чувствуем отдохновение и удовлетворенность жизнью. Вот для этого и нужна игра, как иллюзия той настоящей жизни, которую мы потеряли. Как возможность воскресить наши мечты, желания, устремления, нашу детскую память и остроту чувств. Даже люди творчества, существа с тонкой кожей и горячим сердцем, все-таки нуждаются в игре. Архетипы, к слову говоря, можно подбирать методом тыка. Ну, ошиблись в себе, нырнули недостаточно глубоко – получится в следующий раз.

Я знаю священника, который водит, играя, полки солдат. Я знаю кондитера, который правит мудро и справедливо. Я знаю многодетную мать, которая заткнет за пояс Шерлока Холмса в ремесле детектива. И я видел их счастливыми в игре, которая не заменяет реальную жизнь, но дает ощутить вкус другой жизни, которая могла бы быть, если бы события пошли другим путем. И еще одной, и еще одной… Каждый человек сам по себе Перекресток Миров, и сколько дорог он оставит свободными для прохода – его личный выбор. Многие выбирают только одну.

Сказали мне, что эта дорога

Меня приведет к океану смерти,

И я с полпути повернул обратно.

С тех пор все тянутся передо мною

Кривые, глухие, окольные тропы...

(с) Ёсано Акико

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальный сети: