ГлавнаяСтатьиМетафоры виртуальности: Реальный мир и виртуальные люди
Опубликовано 13.08.2017 в 14:14, статья, раздел Наследие, рубрика Аналитический беспредел
автор: ОК-журнал (Фёдор Торчинов)
Показов: 863

Метафоры виртуальности: Реальный мир и виртуальные люди

Валерий Савчук, современный Питерский культуролог, специалист по медиафилософии, утверждает, что виртуальность — «инвалидное понятие», он хочет сказать, что слово «виртуальнсть» давно отработало свой ресурс, оно не адекватно для описания киберсреды, ведь существует более надежное слово «медиа», виртуальность надо сдать в архив.виртуальная реальность

Действительно, трудно спорить с Валерием Савчуком: язык меняется, меняется реальность, меняются опорные точки для рассуждения.

Но, как бы там не происходило все в современности, философское мышление всегда несвоевременно, любая рефлексия отставание от живой жизни.

Для чего сейчас нужна рефлексия по поводу виртуального существования? Зачем рассуждать о виртуальности?

На мой взгляд, рассуждая на этот счет, мы видим истоки будущего: ведь виртуальные миры — это как бы «тени» супер-новых технологий, виртуальность, как тень, отбрасываемая от медиасреды в буквальном и переносном смысле, как черное сгущение невидимой жизни в сетях интернета, как анонимность, как тень жизни и отголоски человеческих страстей... вся эта виртуальность тем более виртуальна, чем менее она является повседневной практикой, чем более все эти странички, сайты, игры превращаются в археологический слой современной жизни.

Всматриваясь в виртуальность, можно увидеть, что такое отголоски жизни.

Здесь хочу обратить внимание на два вида виртуальности и сопоставить их: с одной стороны, это виртуальность внутри человека: его мечты, его бессознательное, сны, иллюзии, условно говоря, психическая виртуальность: она бессистемна, пластична, это материал из которого человек создается в личностном смысле, — Тело без органов (метафора изобретенная Антонином Арто и подхваченная Жилем Делёзом).философия виртуальной реальности

Другая виртуальность — Узор. Узор — то, что соткано, то, что имеет форму: это мир, сконструированный при помощи взаимодействия сознания и электронных образов, это уже нечто большее, чем просто человек наедине со своими воображаемыми возможностями, Узор — это структурированная, нарисованная воображаемая жизнь, которую можно менять, взаимодействуя с клавиатурой, мышью, кибершлемом.

Тело без органов

Тело без органов — одно из основных понятий в философии Делёза; оно выражает те возможности, которые не проявляются актуально, это виртуальное тело, оно не имеет четких форм, оно постоянно меняется, оно возникает при взаимодействии с другими телами. Делёз наделяет Тело без органов особой реальностью, реальностью виртуальной, в противоположность реальности актуальной: можно сказать, тело без органов, не то, что происходит с телом на самом деле, но то, что может произойти в будущем или происходило в прошлом. Тело без органов не совпадает с тем, что происходит в действительности; с одной стороны, сам человек, когда он не успевает жить «здесь и теперь» становится таким телом, которое живет воображением, фантазмами, с другой стороны — его страница в соцсети становится таким «телом»: она тоже всегда отстает от того, что происходит с самим носителем жизни, создателем аккаунта, как бы он не старался компенсировать это отставание постоянным выкладыванием в сеть новой информации о себе.

Анализируя понятие тело без органов Эманюэль Ландольт замечает:

«тело без органов у Арто является гарантией свободы чистого и аскетического (без религиозной коннотации) сознания, это бездна для поэзии, в противовес органическим телам, которые демонстрируют стадный инстинкт. Другая идея Арто, которую заимствует Делёз, состоит в том, что тело без органов — это человек, освобожденный от Бога».виртуальная реальность человек

Лишенность органов означает оторванность от какого-то регулятивного механизма, полную спонтанность.

То, что Тело без органов обладает свободой и порождает бездну для поэзии, его независимость от желаний, инстинктов, культурных установок — все это служит позитивным, генеративным выражением виртуальности: виртуальность — это многовариативная возможность быть чем угодно; она лишена образа, лишена формы, но обладает пластичностью и раскованностью.

Эта текучесть и гибкость выражает трансформативный характер виртуального и как раз с этой позицией следовало бы не согласиться.

Лишенность каких-то базовых черт, недовоплощенность и потенциальность отличают виртуальное от актуального.

Но пласичность и незаконченность — как раз свойства актуального, становящегося мира. Мир отраженный, мир воображаемый, как раз более оформлен и постоянен.

Узор

Виртуальность как структура, как цепочка образов или, как отделный образ —совсем не напоминает пластичное, лишенное устойчивости тело: то, что есть в цифровом виде, те модели реальности, которые вырабатываются внутри человека бессознательно, не лишены порядка и логики. Но, Тело без органов, как манекен, или, например, как картинка, с другой стороны, выполняет функцию имитации: виртуальное, в качестве такого тела, лишается устойчивой внутренней сути: оно образует форму вокруг чего-то пустого, в этом смысле Тело без органов, действительно лишено реальности, если продолжить метафору, оно не способно думать, дышать, общаться, а лишь имитировать эти процессы.

В некотором смысле было бы очень удобно говорить о современной, сетевой виртуальности, использую метафору Арто-Делёза: в структурах социальных сетей постоянно изменяются статусы, личная информация, картинки.

Тело без органов по своему главному признаку, лишенности формы, пластично; аккаунт в социальной сети — тоже весьма гибкая структура по отношению к реальной личности, он постоянно не оформлен, но жизнь, по отношению к аккаунту, по отношению к идентичности человека, создает куда большую пластику. Если мы смотрим на аккаунт с точки зрения регистрации следов присутствия, регистрации личных событий, аккаунт формализует и консервирует жизнь. Он выдает за актуальность то, что уже произошло, он отстает от реальности именно в силу косности.

Наоборот, аккаунт является пластичной, жидкой виртуальностью, если он отражает не столько реальную личность, сколько ее альтер-эго, мечту, фантазию, когда аккаунт заводится не столько для того, чтобы присутствовать в обществе самому, сколько создавать фэйковое присутствие, выдавать себя за кого-то.

В таком случае, когда мы рассматриваем виртуальность, как проявление в себе Другого, мы обращаемся к метафоре Тела без органов; если виртуальность, это следы жизнедеятельности — музеи, аккаунты, инстаграммы, как информация о том, что было, как цифровая форма существования прошлого, удобнее пользоваться метафорой Узора: человек

превращает свою жизнь в узор, декорирует виртуальное пространство своим присутствием.

Виртуальное, как Узор, наиболее подходит к символическому определению современного типа виртуальных миров: оно оформлено, украшено, насыщенно яркими образами.

Декоративное пространство интернета — инстаграммы, живые журналы, аккаунты с упором на личные фотографии, информацию о себе, все это обобщенно можно назвать огромным сетевым узором. Это Узор, в котором изображается общество, его стратегии, его интерсубъективность и анонимность, это та виртуальнсоть, которую, в отличии от виртуальности Делеза, можно рассмотреть, она визуальна и упорядочена, а не хаотична. Если Делез видел цель философии в том, чтобы воспринять виртуальное, становящееся, меняющееся на той же скорости, что и скорость естественного восприятия, скорости достаточной для анализа структур, можно сказать, его мечта сбывается все более и более по мере развитя гаджетов: виртуальное давно перестало быть неопределенным хаосом и постоянной трансформацией: напротив, виртуальное очень постоянно, костно и выражает вещи, желания в самом наглядном виде.виртуальная реальность сеть

Очень не ясно, о чем я вообще тут рассуждаю, если забыть, что здесь стоит цель погрузиться для начала во мрак тени, для начала и саму виртуальность обнаружить на определенной дистанции: виртуальность — это какой-то надстроенный над реальностью проект, макет этой реальности; виртуальность не воплощена в жизнь, она присутствует как возможность. Узор — это скорее отражение, запечатление того, что было, отставание от реальности после «устаревания», «усталости».

Я рассуждаю так дико и непонятно отнюдь не для того, чтобы создать эффект «элитарности», эффект умного, выпендрежного письма. Отнюдь. Через бурелом неясности своего языка я стараюсь продраться к сущности современного существования. Это моя вторая статья в Области культуры. Первая была посвящена информационному обществу. Можно сказать, что я продолжаю развивать тему. Главная черта информационного общества, по моей гипотезе — дизинформация, вброс фэйков. Сегодня, например, по телевидению обсуждали хакеров и первая фраза, которая повисла на ушах — «они ведут фэйковые кибервойны». Фэйки, виртуальности, иноформационное общество — вся эта ..., как выражается один новгородец, окружает нас подобно тому, как борщевик окружает вымерающие деревни. Я направляюсь прямо в эту .... и бурелом и оказываюсь прямо в средних веках. Кто-нибудь слышал, что мы, как говорил Бердяев, погружаемся в новое средневековье?!

Виртуальность — это чисто средневековое понятие. Оно означает, в буквальном переводе с латыни на русский «добродетель, силу».

На первый взгляд, логика не понятна: при чем тут добродетель, сила и виртуальные странички, компьютерные игры...

На самом деле, есть логика. В латинском языке для слова «сила» существует несколько слов и как минимум три из них нам до боли знакомы: это слова «потенция», «виртуальность», «копия». Есть следующие нюансы: слово «копия» переводится как сила ведущая к умножению. Логикак очевидно: чем нас больше, тем мы сильнее; потенция — это сила как могущество, возможность что-нибудь совершить, близко к греческому слову энергия, а точнее, к физическому понятию потенциальная энергия; наконец, виртуальность имеет отношение к мужеству, к силе, как некой доблести.

У римлян была богиня Виртута, покровительница воинской доблести.

Доблесть не положишь в карман. Доблесть организуется в действии, проявлении особых поступков. Доблесть невозможно отцифровать...

Ан, нет, говорят нам отцы открыватели виртуальной реальности: в компьютере хранится вся доблесть, в смысле добродетель, слава того, что мы высоко ценим. Зачем нам материализовывать добродетель, если мы можем потреблять ее в символическом виде, как информацию и чувствовать себя прекрасно!

Виртуальность как добродетель, как благо перебирается в электронный носитель и никак ее оттуда не вытащишь... И зачем ее оттуда вытаскивать?!

Но не все так просто. Народ встречает это слово виртуальность, осознает механизм его применения и начинает наделять это слово тем значением, которое может разглядеть своим более зорким взглядом, чем отцы-задроты, основавшие киберпространство — «там все нереально, в вашей виртуальности», говорит народ... а потом смиряется: нереально, зато приятно, эндорфин выделяется, центру удовольствия щекотно делается.

Так из слова виртуальность вымывается исконный смысл и оно обрастает теми смыслами, которые может дать гаджет. А что может дать гаджет, по большому щету для простого народа, который не читает книги ( электронные — тем более, а зачем глаза портить)? Симуляцию и имитацию может дать.

Отлично! Я, например, обожаю симуляцию еще со школы, когда не хочется идти учиться, когда хочется пробежать полкруга на физкультуре, срезать через кусты и сказать, что 5 кругов пробежал. Вот это виртуальность, это я понимаю! Это виртуальность на грани виртуозности.

Теперь вернемся к Телу без органов, хватит болтовни.

Что же это такое, Тело без органов? Может быть это такой мужик(рассуждаю на манер Фомы Фомича из Села Степанчикова)? Или может быть Тело без органов — это девушка, не способная забеременеть?

Последний вопрос я задаю без иронии. Он, конечно, не вполне адресован Делёзу, а больше имеет перекличку с отечественной культурой. Во-первых, это не про демографический кризис, это про один из отечественных символов виртуальности, который изобрел Сергей Сергеевич Хоружий, современны русский философ, не раз приезжавший в нашу новгородскую губернию, просвещать диких провинциалов, вроде автора данной статьи.

Так вот, Сергей Сергеевич и сказал однажды умную вещь: «виртуальное — это недород бытия». Вот я и думаю, периодически, недород, как результат или недород, как причина? Недород в каком смысле: то, что родилось раньше времени, не успев сформироваться или то, что не способно по-настоящему родить?

Вероятно, Сергей Сергеевич говорил о недороде в смысле недоношенности: виртуальность — это ублюдочный род бытия, это как бы Смердяков или какой-то недоносок, урод. Но сейчас, рассуждая о Теле без органов, вспоминая средневековье, которое у нас не за горами ( читай Теллурию Владимира Сорокина), подумал: а почему бы ни считать виртуальность чем-то просто лишенным действительности, но создающим о себе мнимую славу?

Почему бы виртуальность не сравнить с очень красивой девушкой, которая не способна родить детей?виртуальный человек

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: