ГлавнаяСтатьиГод культуры в России 2014. Михаил Корноухов: "Мои надежды по развитию культуры в России связаны, во-многом, с семьей"
Опубликовано 21.07.2014 в 10:28, статья, раздел , рубрика
автор: ОК-журнал (Сергей Козлов)
Показов: 648

Год культуры в России 2014. Михаил Корноухов: "Мои надежды по развитию культуры в России связаны, во-многом, с семьей"

Мы продолжаем встречаться с известными деятелями культуры и искусства, в которых они рассказывают о своей сфере профессиональной деятельности. Тему музыкальной культуры продолжает Михаил Дмитриевич Корноухов, доктор педагогических наук, профессор, лауреат Международных и Всероссийских конкурсов, солист Новгородской областной филармонии им. А. С. Аренского. Он же является главой музыкальной семьи педагогов и исполнителей, хорошо известной далеко за пределами Новгородской области и России.

Как бы Вы определи понятие культуры?

- Одного исчерпывающе верного ответа нельзя найти. Для меня культура – это, прежде всего, вопрос воспитания и элементарной вежливости. Например, в столичных учебных заведениях студенты здороваются с совершенно незнакомым, но более взрослым человеком. Это даже не образовательный момент, а именно воспитанность. И это очень важно сейчас.

Заметен ли для вас этот год как Год культуры в России?

- Пока что я не вижу каких-то культурных проектов, которые заметно отличали бы этот год от, например, 2013-ого. Это название нужно чиновникам от культуры, которые создают некий бренд, символ, за которым реализуют свою деятельность. В определенной степени это фасад, вывеска. Возможно даже, очень нарядная. Но от этого культурная составляющая население России абсолютно не меняется ни в плюс, ни в минус.

Вы часто сталкиваетесь с профессиональными музыкальными конкурсами. Почему они так важны сегодня?

- Конкурсов много, и все они разные. Мне приходилось выступать в разных ипостасях – в качестве члена жюри, педагога (чаще всего), родителя и даже до недавнего времени самого участника. Как педагог я считаю, что плюс музыкальных конкурсов в том, что студент никогда не занимается столь интенсивно, как в период подготовки к ним. Иногда участие в конкурсе полезно даже хотя бы по этой причине, чтобы была мотивация к занятиям, когда есть конкретная дата, конкретная программа. Ведь в нашей жизни находится много разных других дел, а человек еще молод, неорганизован и нет у него каких-то маяков, даже временных возможностей для развития. Вторая мотивация к участию в конкурсах, которую я всегда использую – это возможность поиграть на хорошем инструменте. К сожалению, у нас все меньше и меньше таких возможностей случается. И это проблема не только нашего города. Поиграть в хорошем зале, на хорошем рояле - для меня, как для исполнителя, это очень сильная мотивация. Когда не борешься с инструментом, а он тебе помогает, ты можешь найти дополнительные краски и сам вырасти как исполнитель. В определенной степени плохой инструмент сковывает, он ставит определенные рамки любому. И третий момент – нужно учесть, что наша профессия все-таки публичная. Я не люблю, когда обучение строится только на занятиях за инструментом в классе. Это обязательно должны быть посещения концертов или слушание записей (сейчас много возможностей в интернете), это чтение книг определенного рода. И это собственные публичные выступления. Для концертов не так много возможностей, тем более в нашем городе. А вот конкурсов большой выбор. И вот этих трех мотиваций достаточно, чтобы стремиться участвовать. Другое дело, нужно понимать, что они разные, как я уже сказал. Например, мне пришлось быть председателем межмуниципального конкурса «Шимский камертон». Понятно, что уровень конкурса не очень профессиональный. Но он хорош как стартовая площадка для начинающих музыкантов именно из области. Это для них очень важно. Они все очень стараются, играют с увлечением. Настраиваются на более серьезные конкурсы, которые могут быть в их жизни. Поэтому и название очень удачное - «камертон». А вот моя студентка НовГУ участвовала в конкурсе в Санкт-Петербурге, который проходил под эгидой EPTA – Европейской объединения педагогов фортепиано и Союза концертных деятелей Петербурга. Уже участие этих двух организаций говорит о том, что это конкурс концертирующих исполнителей. Да и само жюри было очень представительным. Председателем была профессор Московской консерватории Ирина Осипова. Моей студентке Марии Вышкиной пришлось состязаться с представителями ведущих музыкальных вузов нашей страны. Поэтому специальный диплом жюри, который она получила – это очень большая удача, он перешивает даже победы в некоторых других конкурсах. Ее обогнали очень сильные пианисты, которых наверняка вскоре узнает весь музыкальный мир.

Кроме профессионального роста, что еще дает участие и победа?

- Здесь очень много подводных камней. Я против того, чтобы участвовать в одних и тех же конкурсах неоднократно. Наша профессия очень субъективная. Здесь много бывает разных мнений. Даже неудачное выступление ученика на очень сильном, профессиональном конкурсе может гораздо больше подвинуть его профессионально как музыканта. На это часто другие педагоги не идут, мотивируя тем, что они находятся в определенной системе. Для того, чтобы ребенка наградили стипендией, нужны конкурсные регалии. Подсчитывается они не всегда необъективно, занимаются этим люди, которые часто к музыке и исполнительству имеют косвенное отношение. Как им определить, какой конкурсный диплом престижнее, весомее? Поэтому идет просто подсчет баллов. Как в спорте – столько-то дипломов в международных конкурсах, столько-то дипломов во всероссийских конкурсах. Я считаю, что это порочная система. Потому что некоторые педагоги выбирают уже знакомые конкурсы, где известен уровень, состав жюри и можно наверняка рассчитывать на определенные места. В конечном итоге это плохо сказывается на развитии ученика.

Как определить престижность конкурса?

- На самом деле музыкальный мир достаточно тесный. Все друг друга знают и знают, что какой конкурс из себя представляет. Есть определенные критерии, которым должен соответствовать профессиональный конкурс. Они достаточно прагматичные: у конкурса должен быть сайт, желательно чтобы была онлайн трансляция конкурсных выступлений. Обязательно должны быть денежные премии. Желательно, чтобы не участвовали ученики членов жюри. Обязательно, чтобы было несколько туров с разностилевыми произведениями. А если в конкурсе участвуют исполнители старше шестнадцати лет, то обязательно наличие в программе произведений с оркестром в финале. Жюри из известных, авторитетных музыкантов и не менее 6 -7 человек. Если мы посмотрим на большинство российских конкурсов, у нас не так много дотягивает даже по этим параметрам. Обычно ссылаются на недостаточное финансирование. Есть проблема и в формировании жюри. У известного музыканта или педагога рассчитан график, он очень востребован и занятой, как правило, человек. Если он участвует в качестве члена жюри, значит у него должна быть мотивация хотя бы материальная. А вот онлайн трансляция, по-моему, сегодня не требует больших технических трудностей. Но она могла бы значительно повысить статус многих хороших конкурсов.

Многие конкурсы носят имена выдающихся композитов или исполнителей. Влияет ли это на его уровень?

- Конкурсы не обязательно связаны с именем известного композитора. В Петербурге есть конкурс «Религо». У него именно просветительская направленность, потому что приветствуются в программе произведения с духовной тематикой, причем разных конфессий. Это тоже очень важно. Сами конкурсные прослушивания проходят в храмах. Кроме гран-при, денежных призов в этом конкурсе нет, но после него приглашают к участию в других конкурсах. А если тебя пригласили еще дать концерты, то это тоже весомая награда. Так, моя дочь Софья участвовала в конкурсе «Золотой трофей» в Нью-Йорке. Там тоже не было денежных призов, но в качестве награды она выступала на Международном фестивале «Арт-ноябрь» в Москве в качестве исполнителя. При обилии конкурсов для меня положительным моментом является то, что организаторы хотят сделать что-то индивидуальное в проведении, чем оно может отличается от десятков других. Это всегда привлекает.

И что это может быть?

- Кроме участия в концертах, это могут быть интересные номинации. Я расскажу о конкурсе имени Кабалевского в Киеве, в котором я участвовал. Он проходит в разных городах, организаторы - москвичи. Там была номинация «Семейный музыкальный ансамбль». Сначала нужно было выступить с аннотацией программы, чтобы она была интересной не только по исполнительству, но и по выбору произведений. Это должна быть своего рода композиция. Я, например, рассказал о том, что такое семейное музицирование, о семейных музыкальных вечерах у Аренского, Рахманинова. Мы с Софьей представляли именно фортепиано, а другие исполнители в разных поколениях играли на разнообразных инструментах. Это очень интересно. Вот та изюминка, которая может привлечь музыкантов к участию в конкурсе.

Какую роль сейчас семья играет в музыкальном воспитании?

- Я считаю, что музыкальное образование в России если не в упадке, то находится в глубоком кризисе. И очень много внешних негативных факторов. И у меня надежды связаны, во многом, с семьей. Много зависит от того, какая обстановка в семье. По тому, какой у меня студент, я могу достаточно точно обрисовать и его родителей. Ведь обучение фортепиано индивидуальное, поэтому контакт очень близкий. Но все равно семью никто не заменит. Лично мне в свое время очень повезло с учителями именно в профессии (не в общеобразовательной школе), они оказали очень большое воздействие на меня во всех планах. Например, в училище мой педагог по фортепиано учила подавать руку дамам, выходящим из троллейбуса. Увы, в 15 лет я еще этого не знал. И вообще был довольно необразован и невоспитан, как я сейчас понимаю. Но все равно семью никто не заменит. Есть хорошая традиция, когда интерес к музыке передавался в поколениях. Можно обратиться к знаменитым европейским примерам. У Вольфганга Моцарта был гениальный отец – композитор, педагог, менеджер, как бы сейчас сказали. А Йозеф Гайдн был сыном каретника и кухарки. Но его мать обладала замечательным голосом и очень любила петь, а муж ей аккомпанировал на арфе. Один из самых знаменитых отечественных примеров – семья Рахманинова, в которой три поколения замечательно умели играть и устраивали домашние музыкальные вечера. Но это, разумеется, вершины айсбергов. Просто по-настоящему культурные традиции воспитываются именно в семье. И это связано не с выбором профессии, а воспитанием, общечеловеческими ценностями, понятиями добра и зла и так далее.

В прошедшем сезоне Вы проводили «Встречи у белого рояля», в которых принял участие ваш семейный ансамбль. Как пришла идея и как на нее откликнулись слушатели?

- Пространство наших встреч отличается от других концертов непринужденной камерной обстановкой. Мы в содружестве с сотрудниками Филармонии решили, что надо расширять спектр самого жанра концерта. В провинции обыкновенная фортепианная программа не так заинтересует простого слушателя. Нужно ее выстраивать как драматургию спектакля. Идея гостиной «Встречи у белого рояля» находится в постоянном движении и совершенствовании. Но те программы, которые были, вызвали слушательский интерес и оказались распроданы еще в начале сезона. Хотя эти программы отличаемся тем, что в них нет звездных имен, это только новгородские музыканты, но мы постарались привлечь слушателя необычностью программы. Первая программа была посвящена киномузыке и отношениям известных классических композиторов с кино. Я сам для себя открыл много нового. Например, Рахманинов очень любил ходить в кино и некоторое время жил в Голливуде. У него были друзья актеры и режиссеры. Я уж не говорю о Чарли Чаплине, который сам писал музыку для своих фильмов. Другая программа была посвящена салонам. Это одна из традиций, которые нужно беречь, развивать, продолжать. Классическая музыка ведь не для массового потребителя. Когда у знаменитой Софьи Губайдуллиной, выдающегося композитора нашей современности, спросили, не огорчает ли незначительное количество слушателей на ее концертах, она ответила, что нет, и добавила: «во времена Моцарта на его концертах также не было много публики». Еще одну программу мы специально посвятили композиторам XX века. Я хочу, чтобы слушатели не говорили о современной музыке, что она непонятная. Реакция отторжения меня всегда очень расстраивает. Если музыку, даже самую серьезную, уметь преподнести, уметь о ней рассказать, то она может быть очень доступной. Важно захотеть ее понять. Вот это желание необходимо воспитывать, чтобы оно стало потребностью. Что для этого нужно? Рецептов много и они индивидуальные. Например, я часто выступаю в Новгородской области, в музыкальных школах. Главная здесь трудность для исполнителя – это когда в зале слушатели от 5 до 25 лет. Что играть и как, чтобы всем было понятно и вызывало душевный отклик? Ведь надо, чтобы люди в любом случае не пожалели о потраченных деньгах и времени. Мне приходилось устраивать конкурсы на лучшее название исполняемого мной произведения. Например, на лучшее название этюдов-картин Рахманинова. Как правило, дети с восторгом участвуют в этом. И они слушают по-другому, внимательно. Но это лишь один из «рецептов», если так можно сказать…

***

О планах на предстоящих сезон Михаил Дмитриевич предпочитает не говорить, считая это неблагодарным занятием. Но то, что планов в избытке, подтверждает. В начале августа пройдут «Дни Великого Новгорода в Ивановке», в которых выступит Михаил Корноухов со своей дочерью Софьей, а также другие новгородские музыканты. В усадьбе, принадлежавшей семейству композитора, прозвучат произведения самого Сергея Рахманинова, а также его учителя Антония Аренского, Ференца Листа, Мориса Равеля, Астора Пьяцоллы и Джорджа Гершвина.

Фото: Сергей Гриднев

ЧИТАЙТЕ В ЦИКЛЕ:

ОЛЬГА ЛАВРОВА: «Несмотря ни на что, поэзия людям нужна»

СЕРГЕЙ ПУХАЧЕВ:
«…сделать фигуру человека, разбирающегося в искусстве, модной»

НАДЕЖДА АЛЕКСЕЕВА: «Культура должна быть как прививка с детства»

НАТАЛЬЯ СЕРОВА:
«Прежде всего – не пугаться, открыть свое сердце новому, и тогда наступит понимание»

ТАТЬЯНА ШМЕЛЁВА:
«Наш город будет выглядеть культурней, если в нём поставить больше урн»

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальные сети: