ГлавнаяСтатьиКрещендо прямо в сердце
Опубликовано 13.06.2014 в 18:11, статья, раздел , рубрика
автор: ОК-журнал (Татьяна Дамрина)
Показов: 665

Крещендо прямо в сердце

История исполнения одной оратории от битломана-академиста в динамике развития

В праздничное воскресенье, 8 июня на сцене Новгородской областной филармонии им.А.С. Аренского отгремел международный музыкальный проект – оратория известного рок-музыканта и бывшего участника группы «Битлз» сэра Пола Маккартни «Ecce Cor Meum» (Вот мое сердце). Новгородцев и гостей города с новой гранью творчества великой бас-гитары рок-н-ролла познакомили Концертный хор города Кельна (Германия), Филармонический хор города Нюрнберга (Германия), Концертный хор Санкт-Петербургского Государственного университета культуры и искусств, Детская хоровая капелла Великого Новгорода, солистка Мариинского театра, лауреат международных конкурсов Ирина Матаева, а также Объединенный симфонический оркестр Великого Новгорода и Санкт-Петербурга под руководством пианиста и дирижера Юрия Серова. Автор ОК-журнала Татьяна Дамрина не просто побывала на этом, несомненно, грандиозном событии для нашего города, но и принял в нём непосредственное участие в составе Детской хоровой капеллы Великого Новгорода.

Мой репортаж о том, что происходило до первого взмаха руки дирижёра в тишине переполненного зала. А ещё – записки отчаянного битломана, чья мечта побывать на концерте легендарного ливерпульца почти сбылась.

Пианиссимо
итал. pianissimo — очень тихо

Тишина едва ли не идеальная, хотя это скорее огорчает, когда стоишь на автобусной остановке. Коротаю время, разглядывая афиши. Здесь-то мы и встретились. «ОРАТОРИЯ - ор огромного размера букв – Пола Маккартни» – уже чуть потише. В списке участников – музыкальный alma mater, Детская хоровая капелла. Решению даже не пришлось приходить в голову.

На ближайшей репетиции Молодёжного Хора выпускников Детской хоровой капеллы 29 мая я попросилась обратно в детский хор. Юрий Никифоров, руководитель и того, и другого, не возразил: тот случай, когда лишний рот не помешает.

Предыстория предыстории. В 2011 году только что окончившую школу Таню Дамрину мама не пустила на концерт Маккартни в Москву. Папа не вмешивался. Песни из сет-листа концерта ещё долго жили в плеере огорчённого ребёнка, пытаясь цифровым «вылизанным» аналогом создать хотя бы минимальный эффект присутствия. Прошло три года, и расстояния сократились. Маккартни с тех пор так и не посещал Россию, но – парадокс! – ехал в Великий Новгород, и даже в более совершенной форме: позволяя части особо влюблённых в битловское наследие перейти с пассивного участия – хлопанья в ладоши – в активное.

Пиано
итал. piano — тихо

Душно. Открытые окна и кондиционер бессильны. Репетиции каждый день.

– Я с трудового лагеря прибежала.
– А я с прогреваний.
– А я с ЕГЭ! Таня, ты на сколько литературу написала?

Со стороны это выглядит как минимум странно: тридцать с лишним ребят 2 июня сидят в хоровом классе с листиками нот и… не поют. Поёт музыкальный центр. Ещё точнее – английский хоровой ансамбль London Voices и объединённый детский хор мальчиков. Мы следим, переползая глазами со строчки на строчку, подвываем на «наших» фрагментах, запоминаем произношение. Иногда веселимся: в одном из фрагментов лондонский хор поёт некий отрывок на английском, но с упорной настойчивостью раз за разом вместо английского текста слышим вполне отчётливое русское слово «пионеры». Юрий Сергеевич, первый, кто распознал «прикол», умело им распоряжается и каждый раз предупреждает: «Внимание, сейчас будут «пионеры»!» И все смеются ещё до наступления фрагмента. Хохочем над одним и тем же всю неделю: среди 57 минут звучания момент икс всегда наступает внезапно.

Только на финальном прогоне мы с удивлением расскажем друг дружке, что «пионеры» оказались фразой «we are ready».

…В какой-то момент в хоровой класс вместе с ветром врывается мощный органный пассаж. Юрий Сергеевич трёт подбородок: «И где они найдут орган?»

- Ребята, пойте сразу в голос, чтобы я за вас не краснел. Альты, где высоко, не геройствуйте, только тот, кто может. Реагируйте чётко, дирижировать вами буду не я.

Как? А кто?

Час спустя все наставления пылятся в мозговых архивах, а гулкое эхо по всему этажу разносит колратурные сопрано-альтовые вопли вырвавшихся на свободу капельцев. «Экке кор меум, бийонд май ха-а-арт!»

Меццо-форте
mezzo-forte — умеренно громко

Орган заменили синтезатором, но Ришард Сварцевич, органист римско-католического собора святых Петра и Павла, самый настоящий. Пока репетируют струнные, он неудачно вставляет наушники в синтезатор и пытается играть. Но звук летит не в уши, а в колонки, поперёк скрипичных партий, и все опять смеются. Юрий Серов, петербургский пианист и дирижёр оратории, глядит в полутёмный зал и находит там нас.

- Вы и есть хор мальчиков? – спрашивает он у сидящих неподалёку девочек.

Те переглядываются. Ну, точно нет, невозможно. Оказывается, дирижёрский юмор: в оригинальной записи оратории под детским хором подразумевается именно хор мальчиков, в нашей постановке он заменён на смешанный. Сплошные хохотушки. Произведение-то серьёзное!

- Мы счастливые люди: открываем ноты, хорошо написанные, и следуем этому письму. Мы все вместе читаем одну и ту же книгу. Конечно, задача моя, дирижёра, всех объединить, используя удовольствие. А все будут петь с удовольствием, вот ведь в чём прелесть такого рода проектов – нет рутины! – Объясняет мне Юрий Эдуардович.

Как просто он меня раскусил!

- В основе идеи желание делать какие-то крупные музыкальные проекты, связанные всё-таки с классической музыкой в Великом Новгороде, и именно свои. Не приглашать Хворостовского или Гергиева, выделяя миллионы из скудного бюджета, а делать своё. Большие проекты как локомотивы вытаскивают маленькие, местные. Есть желание активизировать местное музыкальное сообщество. Плюс – поиск оптимальной программы, которая была бы интересна оркестру, приглашённым солистам, публике, прессе. Имя Маккартни получилось идеальным, тем более, что музыка, написанная хоть и легендарным поп-музыкантом, лежит в плоскости классической музыки.

Если масштабный проект - это локомотив, то Юрий Серов, без сомнения, его машинист. Пианист и дирижёр, преподаватель Петербургской консерватории, артистический директор Международного фестиваля камерной музыки «Северные цветы» в Санкт-Петербурге, основатель и редактор серии компакт-дисков «Петербургский музыкальный архив», автор статей и эссе о музыке, он уже не первый раз приезжает в Великий Новгород для того, чтобы взбодрить местное музыкальное сообщество.

- Оно (сообщество) есть. Но и некий момент затухания есть. На концерты ходят плохо, но ведь и подать, собственно, нечего! Раньше первые секретари обкомов так или иначе должны были следить за состоянием музыкальной, театральной среды, любили они или не любили, это входило в их обязанности. Сейчас этот разрыв между культурой и властью - проблема нашего общества. В такого рода обществах страдает прежде всего искусство. Вот хоровая капелла меня вчера просто потрясла профессионализмом. Когда есть руководитель, человеческий фактор, всё сразу работает! Таких творческих людей надо поддерживать, и это задача власти.

- А симфонический оркестр на постоянной основе в Новгороде возможен?

- Для симфонического оркестра в Великом Новгороде нужна серьёзная политическая воля. Имея под боком такой колоссальный оркестровый центр как Петербург, технически это не проблема. Но она, воля, должна произойти из какой-то инициативы снизу, постоянной, регулярной. Новгород как город с богатой историей, в том числе и культурной, заслуживает своего симфонического оркестра, он тянет за собой очень многое другое, становится центром притяжения культурной жизни города.

Печально и в то же время светло. Всего на час, но ценой недель, притяжение возникнет. А мы, капельцы, в самом центре этого притяжения. Размагнититься сразу всё равно не получится, физика. Инициатива есть, и пусть вечер 8 июня докажет это полным зрительным залом. Думаю, мы все на это надеемся. Вот наши сердца.

Форте
итал. forte — громко

Деревянный настил подмок. Над скрипками и виолончелями плывут тучи. Самые догадливые оркестранты раскрывают зонтики и сидят «в домике» вместе с инструментами. Хору зонтов, даже если они есть, не раскрыть: человек 300 самых разных возрастов, даже гражданств стоят на станках плечом к плечу.

За восемь часов до начала концерта становится ясно, что open-air нужно переносить в здание филармонии.

- Для звука это лучше, конечно. Микрофоны на открытом воздухе ловят «куски» звука, он становится необъёмным. Ещё и слышно, как кто-то рядом с микрофоном считает: «Ай, цвай, драй», – смеётся Юрий Сергеевич. Репетицию переносят на четыре часа позже, потому что аппаратуру и станки тоже надо перенести.

На финальной репетиции он всё ещё с нами, стоит у края сцены, показывая вступления. До репетиции и после напоминает:

- Пойте в голос. Согласные замыкайте чётко. В десятой цифре верхушки на стаккато пойте. Всё смело, чётко, покажите, что вы умеете!

За полчаса до концерта в гримёрке звучит примерно то же. Прибавляю к этом своё: пиджак поправить, папка в левой руке. И пить как-то хочется, и туфли как-то жмут.

Только перед самым выходом Юрий Сергеевич всё-таки признаётся:

- Я уже утомился слушать комплименты о вас!

Фортиссимо
итал. fortissimo — очень громко

Люди, как много людей! Когда публики мало, подметила я для себя, выискиваешь головы, а когда много, наоборот, пустые кресла.

Юрий Серов берёт небольшое вступительное слово:

- В качестве названия сэр пол Маккартни использовал латинское изречение, которое он увидел на статуе Христа-Искупителя. Эту фразу он выбрал девизом при посвящении его королевой Елизаветой в рыцарское звание. Окончив свою поп-карьеру, Маккартни пишет ораторию в духе рождественских кантат Баха и Генделя…

Какое окончание карьеры, ворчит моё битломанское эго. А как же прошлогодний релиз роково-электронного «New», шестнадцатого студийного? Пол, хитрец, устроил его презентацию прямо на главной площади Нью-Йорка, причём безо всякого предупреждения, собрав трехтысячную толпу фанатов. Новгородская филармония собрала около 700 поклонников классики и классики рока – поменьше, конечно, но и масштабы совсем другие.

И вот, начинается. Исполнение крупномасштабных произведений с оркестром – сплав чувства ритма с интуицией. Звуковая картинка на сцене и со сцены вещи абсолютно разные. Стоя за оркестром, очень хорошо слышно немецких басов и совсем не слышно солистки, по партии которой мы ориентировались все дни репетиции. Догадаться о её вступлении можно только по её же двигающимся скулам в момент полуоборота и напряжённой шее.

Юрий Серов поднимает вверх указательный палец: до нас один такт. А затем время вдруг сжимается, словно по руке дирижёра ускоряя темп, и оратория кончается… ну, минут через пятнадцать. Разве прошло больше?

Аплодисменты, цветы и дипломы. Время с 19.00 до 20.30 каким-то образом уложилось в сознании в считанные минуты. Это даже не центр притяжения, а его водоворот.

Где-то в глубине я и сама сомневалась: если имя публику привлечёт, не оттолкнёт ли форма? «Радость быть здесь, в сердце песни, которой мы все принадлежим», та самая, которая и есть основной мотив оратории, привела публику в верном направлении. Интерес к классической оркестровой музыке есть, и может быть, мы сами ещё не осознаём, насколько это важно для нас. Совет открыть свои сердца вполне практический, разве что добавить к этому уши. Стоит задуматься.

Фото участников, любительские, эксклюзивные

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Оля Арбат
Вот в ответ мое сердце

Что-то в этом есть сильно обнадеживающее, когда такое ликующее многоголосие непрерывно льется в душу – не будет войны, не будет страха, не будет смерти. Будет только что-то бесконечно новое и прекрасное, как солнечно утро.

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальный сети: