ГлавнаяСтатьиАндрей Алексеев — голос группы «Shedda»
Опубликовано 23.04.2017 в 10:40, статья, раздел Звук, рубрика Группе «Shedda» — 10 лет!
автор: ОК-журнал
Показов: 215

Андрей Алексеев — голос группы «Shedda»

Фолк-рок группа «Shedda» в 2017 году отмечает юбилей - 10-летие. Послушать фолк-фьюжен из Великого Новгорода вживую и поздравить музыкантов можно будет 26 апреля в Санкт-Петербурге, в клубе MOD и 28 апреля в Великом Новгороде, в клубе "Железный папа". В честь особого Дня Рождения коллектива интернет-журнал "Область культуры" запускает цикл интервью с участниками коллектива. Следующий на очереди — Андрей Алексеев (гитара, вокал). 

Он рассказал, почему создание каверов — порочно, творческий акт — круто, а народная музыка — неисчерпаема.

sNwLSj6NiPA (1).jpg 

—  Как вы пришли к занятиям музыкой и конкретно к этому инструменту?

— У меня папа всю жизнь играет на гитаре, и детство моё прошло под его пение под гитару разных бардовских — и не только — песен. Я тоже, беря с него пример, пел всё подряд, а в 9 лет — под папиным, разумеется, руководством — начал-таки осваивать гитару. Это был суровый инструмент, собранный из грифа 1973 года выпуска и неведомой деки. В скобках замечу, что когда мы пару лет назад достали эту чудо-гитару с антресоли, она даже строила — а что вы хотите: монолит — всё залито эбоксидкой.
После нескольких лет подобных испытаний мне дозволено было перейти на следующий уровень — я стал играть на папиной гитаре. Это тоже был в своём роде весьма примечательный инструмент. Гитары такого типа один неглупый человек отнёс к разряду дворовая-костровая-походная. Представляет она собой классическую гитару, только вместо нейлона на неё без особого трепета натягивают металлические струны. А чтоб верхняя дека не развалилась на кусочки, её делают в несколько раз толще, чем принято на классических гитарах. Короче, то ещё чудо. Сейчас с удивлением вспоминаю, как я на ней осваивал медиаторную технику звукоизвлечения, какие-то соляки снимал, играл гаммы... К слову, недавно поставили на неё нейлоновые струны — стало значительно лучше.
А потом я пошёл в армию и купил настоящую акустическую гитару, а месяц спустя и электро. Покупка электрогитары стала вторым серьёзным толчком в повышении уровня игры. Первым было появление дома интернета — до этого момента я считал, что играю неплохо, но мировая сеть развеивала и не такие заблуждения.

—  Как вы попали в эту группу? 

Сидели мы как-то раз в одной квартире, и была там гитара — примерно такое же чудо-юдо, как описанные выше. Ну вот сижу я, ковыряю что-то задумчиво на этом детище мебельной фабрики — и вдруг из угла слышу вопрос: 

— Ты что, на гитаре играешь?  

 — Да я вообще-то больше на электрухе...

  — А у тебя есть электруха? Может, и комбик имеется?
— Ну да, и комбик..
— Иди к нам в группу гитаристом!

Вот так и попал я в группу Вереск. В ту пору она тяготела, в основном, к перегруженному гитарному звуку, поэтому, думается мне, кастинг был пройден в тот момент, когда я появился на пороге реп. кабинета с гитарой и комбом.

шедда на улице.jpg

—  Что это для вас — играть в группе Shedda? 

— Поначалу я не очень ясно понимал, что именно мне даёт игра в коллективе. Но через пару лет после моего прихода в Вереск мы, кроме электрических выступлений, постепенно стали периодически выступать в акустическом составе — то есть акустическая гитара, флейты, дарбука, скрипка... И вот в этот момент я и понял, что мне просто доставляет огромное удовольствие играть на гитаре вместе со скрипкой и флейтой. К тому же, к тому моменту мне иногда стали позволять что-нибудь попеть ртом.
Постепенно творчество наше смещалось в сторону песен со словами, в результате чего сейчас я в группе Shedda с большим удовольствием удовлетворяю своё желание играть и петь — то есть играю и пою.
Кроме того, есть ещё чисто созидательная, то есть творческая составляющая. Перерабатываем ли мы народную песню или делаем свою — это всегда акт созидательный, и в этом процессе каждый может выразить своё видение и музыкальные идеи. И главное: ты видишь, как предложенное тобой, то, что было у тебя в голове, работает — причём видишь сразу. Думаю, это и есть творчество.
Конечно, для каждого из нас — и для меня — это очень важная часть жизни. Создать что-то новое на репетиции, показать это на концерте, а потом ещё и зафиксировать в студийной записи — это действительно полноценный творческий акт... Это очень круто.

—  Какое у вас образование? А музыкальное? 

— Образование у меня — экономист-менеджер. Я даже поработал в банках какое-то время, но потом с этим завязал — не с работой, а с банками. А вот музыкального образования у меня нет никакого, даже какого-нибудь незаконченного начального по классу бубна — как-то не сложилось.

шедда.jpg

—  Играли ли вы в каких-то коллективах до того, как попасть в эту группу? 

— А вы знаете, ведь играл! У нас с моим старым другом долгие годы (!) была группа. Он писал тексты, я придумывал музыку (ну как музыку... короче, что-то придумывал) — и мы хором это пели под мой гитарный аккомпанемент, и даже записывали на однокассетный магнитофон Соната-216. Кстати, потом, через много лет, мы даже оцифровали эти опусы, и где-то они у меня лежат в CD-формате.
Но по-настоящему эпичным был следующий шаг. Узнав, что скоро мне уходить в армию, мы нашли в Новгороде студию (2005 год это был) и за 2 недели записали 10 песен. Причём, что составляет особый повод для гордости, писали в аналоговое оборудование. Думаю, в наше время мало кто может похвастать подобным опытом.
Интересно, что сначала нам предложили играть под метроном, но у нас не вышло, и записано всё без метронома, из-за чего темп скачет самым причудливым образом.
И кстати — некоторые из этих вещей мы потом стали играть и в Shedda. А одну песню из того старого наследия, основательно переработанную, планируем выпустить на следующем альбоме. Так что всё идёт в дело.

—  Почему именно это музыкальное направление? 

— Ну, я уже говорил, что когда я пришёл в группу, она играла, условно говоря, фолк-рок. Но по прошествии времени мы стали играть более разнообразную музыку, в том смысле, что играем то, что хотим. Если есть интересная народная мелодия — мы её разучиваем, переосмысливаем, пытаемся сделать интересней, добавляя к изначально сильной мелодии какие-то новые краски. Если у нас есть наша песня и она нам нравится — мы работаем с ней. Ну и, конечно, народные морские песни, шанти. Это пласт народной музыки мы открыли для себя довольно давно, но богатство его неисчерпаемо. Это песни, прошедшие проверку временем, а значит — с по-настоящему сильной мелодией и текстом (которые, тем не менее, неизбежно варьируются — музыка-то народная). С одной стороны, мы используем материал, придуманный не нами, это верно. С другой же, многие из этих песен почти не известны большинству людей, и в нашем исполнении, возможно, найдут нового слушателя. К тому же мы всегда стремимся посмотреть свежим взглядом на старую песню и придать ей новые черты, не нарушая заложенной в ней изначально традиционной законченности.

aToAPgnC2zc.jpg

—  Как вы относитесь к кавер-версиям известных песен? 

— Делать кавер на песню — очень интересное занятие. Особенно когда приходится адаптировать вещь, сыгранную, скажем, на двух электрогитарах, под скрипку и гусли. И, разумеется, это выигрышный путь в смысле приобретения популярности. Думаю, тут вопрос в том, сколько творчества в этом процессе, творчества в смысле привнесения чего-то нового. Ведь можно сделать кавер на песню настолько хорошо и самобытно, что это принесёт в мир нечто по-настоящему новое, то есть из частицы хаоса родится нечто упорядоченное и законченное. А можно придумать формально новую песню, которая не будет на деле содержать ничего нового. Так что создание каверов, конечно, имеет право на существование, но всё-таки лучше от него воздерживаться. Лучше стремится создать что-то своё, которое будет являться не номинальным, а настоящим актом созидания. В конечном счёте, создание каверов — путь простой, но порочный.

Читайте рубрику Андрея Алексеева "Алхимия звука" в ОК-журнале.

Другие статьи автора

Показать ещё
Подписывайтесь на наши социальный сети: